Мишарин сменит Росселя на посту губернатора Свердловской области. Что изменится?
Президент прошел мимо Эдуарда Росселя
Президент Дмитрий Медведев вчера внес в законодательное собрание Свердловской области кандидатуру Александра Мишарина на пост губернатора области.
Она стала первым регионом, главу которого президент выбрал из списка, представленного партией, имеющей большинство в региональном парламенте.
«Господин Мишарин сменит Эдуарда Росселя, который с небольшим перерывом руководил регионом 19 лет. Эксперты считают, что Кремль продолжает курс на омоложение и обновление губернаторского корпуса.
72-летний Эдуард Россель в апреле 1990 года стал председателем Свердловского облисполкома, в июле — председателем облсовета. В октябре 1991 году назначен Борисом Ельциным главой администрации области, но в ноябре 1993 года снят за провозглашение Уральской республики. Затем избирался в Совет федерации и облдуму. Начиная с 1995 года трижды избирался главой области. В 2005 году переутвержден на посту по представлению президента Владимира Путина».
(См. полный текст статьи «Президент прошел мимо Эдуарда Росселя» «Коммерсантъ»
№ 210 (4265) от 11.11.2009)
Комментарий Сергея Доренко в программе «Подъем!»:
«Медведев, как и предполагали СМИ, заменит свердловского губернатора Росселя членом генсовета «Единой России» Мишариным. Давайте говорить об этом не с точки зрения демократии, а исходить из управляемости. Вот Россель просидел на этом посту 17 лет. Лужков, пример, который нам ближе, сидит уже больше, чем Россель. Но я не об этом сейчас говорю.
Есть два соображения: губернатор, и вообще элиты, должны сохранять, с одной стороны, преемственность, это важно, потому что если мир полностью рушится при каждой смене власти и созидается вновь, то значительные потери идут, потому что на утряску-усушку, на новые битвы – внутриклановые, клановые и так далее, уходит колоссальный ресурс, колоссальное время, которого нет. Поэтому должна быть преемственность. Интересы преемственности говорят, что преемственность – это оставаться у власти тому, кто есть, то есть, ничего не менять. Дальше. Если, все-таки, люди смертные, им приходится иной раз умереть, тогда как быть? Тогда, наверное, самое правильное, в смысле преемственности, передавать власть наследнику, который исключил бы споры. То есть сразу понятно, что вот он, правящий монарх, а вот его наследник. Тогда нет никаких свар, ссор и прочее. Примерно так строится система управления в нынешней России, потому что, если люди сидят по 17 лет, это почти два десятилетия, следовательно, преемственность соблюдена. С другой стороны, эта преемственность обеспечивает косность, врастание кланов в экономическое тело общества настолько, что они прекращают служить, они служат уже собственным бизнес-империям.
Нужна механистичность, согласитесь. Должна быть механистичность. Ты отработал столько-то лет, ты, товарищ, постой пока где-то, потом снова заходи, и так далее. А с другой стороны, они хапнули свою сотку, и сытые сидят, харя лопается.
Я не знаю ответа. 17 лет сидел Россель, его сняли, 72 года ему. Думаю, что еще мог бы работать, в принципе. Потому что все налажено, все идет по рельсам. Коррупция идет по рельсам, управление идет по рельсам, счастье народное идет по рельсам, народ сыт, пьян и нос в табаке. Сейчас придет новый. Надо отстроить все схемы. А может, Россель передаст ему все схемы? Скажет: да зовите его Росселем. Вот вам Мишарин, зовите его Росселем. И все будет как при бабушке».
Надежда Сокирская, редактор «Русской службы новостей» (РСН)