«Официальное введение десятидневных каникул очень стимулирует народонаселение нашей страны предаваться тому занятию, которое в Интернете уже получило название «священный месяц дребодан». Вся страна две недели пьет»
Ю.СИЛЯВИНА: 16 часов и 3 минуты в столице. В студии «Русской службы новостей» Юлия Силявина. Добрый день всем. И сейчас ко мне присоединяется публицист Александр Шмелев. Александр, здравствуйте.
А.ШМЕЛЕВ: Здравствуйте.
Ю.СИЛЯВИНА: Сегодня все средства массовой информации, эксперты подводят итоги новогодних каникул. Во-первых, я прошу вас занять позицию: вы все-таки за длинные десятидневные новогодние каникулы или против?
А.ШМЕЛЕВ: Скорее, против. Притом, что я понимаю, что все равно, даже если этих каникул не будет, особенно никто работать в январские правила не будет. Но все-таки официальное введение десятидневных каникул очень стимулирует народонаселение нашей страны предаваться тому занятию, которое в Интернете уже получило название «священный месяц дребодан». Вся страна две недели пьет.
Ю.СИЛЯВИНА: А чего же не слушает страна советы врачей двигаться, выходить на лыжах, у нас вон сколько снега много в этом году во всех регионах?
А.ШМЕЛЕВ: Вы знаете, все-таки сочетание зимы, того, что все время темно, холодно, а параллельно идут один за другим разнообразные праздники – Новый год по Грегорианскому календарю, Рождество, Старый Новый год и так далее. Ну, мы все понимаем, как обычно у нас люди празднуют подобные события. И такое количество праздников подряд без необходимости между ними выходить на работу большинство людей, конечно, стимулирует предаваться постоянному потреблению алкогольных напитков.
Ю.СИЛЯВИНА: Александр, а вы как?
А.ШМЕЛЕВ: Я все-таки тут не очень могу говорить за всех, потому что сам для себя я года полтора назад перешел на некоторый новый график жизни. Думаю, что рано или поздно к нему перейдет вся страна. У меня, в общем, нет понятия «рабочий» или «выходной», так как я определяю сам для себя свой график жизнедеятельности.
Ю.СИЛЯВИНА: Я просто пытаюсь выяснить, сегодня эксперты пишут о том, что для элиты, для людей обеспеченных, это, конечно, хорошо. Все заранее уже знают, что поедут куда-нибудь в другую страну отдыхать. А народ-то сидит, действительно, телевизор смотрит, пьет и есть. На улицу не выходит, особенно где морозы стоят, так они вообще пальцем крутят у виска, говорят «Гулять? Куда гулять?».
А.ШМЕЛЕВ: Совершенно верно. Но при этом, как вы понимаете, элите достаточно все равно, будут официальные выходные или нет. Любые представители так называемой элиты спокойно могут договориться. В тех местах, где они должны появляться, не будут они появляться в течение десяти дней, двух недель, уедут куда-то кататься на горных лыжах.
Ю.СИЛЯВИНА: Ну, а вы-то к какой категории себя относите: к тем, которым везет, или все-таки к тем, которым не очень?
«Я думаю, что, на самом деле, с развитием электронных коммуникаций, с развитием новых технологий постепенно все больше и больше народу будет переходить на режим работы, когда большая часть работы проходить дистанционно, через Интернет»
А.ШМЕЛЕВ: Я хотел бы себя относить к категории людей, которые сами строят собственную жизнь. И на которых все эти официальные государственные постановления относятся постольку, поскольку. И я думаю, что, на самом деле, с развитием электронных коммуникаций, с развитием новых технологий постепенно все больше и больше народу будет переходить на режим работы, когда большая часть работы проходить дистанционно, через Интернет. И в этой связи человек сам для себя определяет собственный график. Мне, скажем, комфортнее работать по ночам. И типичная, конкретная сова. И с утра я очень плохо соображаю. А в час-два-три-четыре ночи для меня самое продуктивное время, когда больше всего могу написать, сделать и так далее. Не очень понятно, что я и такие люди, как я, должны подстраиваться под стандартный рабочий день. Не проще ли дать каждому возможность работать в наиболее комфортном для него графике, и через современные средства коммуникации обмениваться результатами работы.
Ю.СИЛЯВИНА: Единственное, те люди, которые работают в муниципальных службах, в государственных службах, конечно, здесь с 9 до 5 или с 10 до 6.
А.ШМЕЛЕВ: Во всей сфере обслуг, там, в магазине, тоже можно говорить о том, что магазины могут переходить в Интернет. И, конечно, многие уже перешли. Но, тем не менее, все равно остается какое-то количество услуг, парикмахерская, постричься через Интернет не получается. Должны все равно приходить на свое рабочее место и так далее, и тому подобное.
Ю.СИЛЯВИНА: Я напомню, Александр Шмелев у нас сегодня в гостях, публицист. Александр, если завершать тему выходных, праздников и каникул, как вы думаете, какой процент россиян остается вообще в России отмечать Новый год и сколько уезжает за границу?
А.ШМЕЛЕВ: Я думаю, что довольно большой. Конечно, за границу сейчас стало уезжать больше, чем 10-15 лет назад. Но все равное, не думаю, что более 5-7 процентов могут себе позволить спокойно уехать, особенно на новогодние праздники, когда на всех курортах цены повышаются как минимум двукратно. При этом есть еще один момент, о котором иногда говорят, иногда не говорят, это момент достаточно важный для существенного процента населения нашей страны. Нынешние новогодние праздники большей частью попадают на Рождественский пост. Когда практикующие православные не должны совсем предаваться веселью, разврату, алкоголепитию и так далее. В то время как при переносе этих праздников на май, ну, бывает, конечно, иногда Пасха и в мае, но очень редко. Как правило, как раз по православному календарю это время, когда позволительно развлекаться и отдыхать. Этот момент тоже надо иметь в виду. Думаю, он тоже способен оказать какое-то важное значение на решение, которое в итоге примут наши власть имущие. А насколько я понимаю, сейчас активно начинает обсуждаться идея, что, может, погорячились с этими новогодними каникулами, может, все-таки вернуться к майским праздникам.
Ю.СИЛЯВИНА: Все-таки до 2012 года не собираются.
А.ШМЕЛЕВ: Ну, до 2012-го осталось два таких «дребодана», можно выдержать.
Ю.СИЛЯВИНА: Александр, вы, я так понимаю, в религиозном плане консерватор?
А.ШМЕЛЕВ: Конечно, консерватор.
Ю.СИЛЯВИНА: Менять и подключаться ко всем прочим странам, большинству, и 25 декабря отмечать…
«Наша Церковь достаточно консервативный организм. Там главный принцип – не спешить. Зачем спешить переходить на Грегорианский календарь, может, весь мир вернется к Юлианскому»
А.ШМЕЛЕВ: Переходить на Грегорианский календарь, корректнее скажем. Наша Церковь достаточно консервативный организм. Там главный принцип – не спешить. Зачем спешить переходить на Грегорианский календарь, может, весь мир вернется к Юлианскому. С точки зрения климата, например, Юлианский точнее, на мой взгляд. Мне сейчас кажется, поскольку наша страна перешла, светская страна, на Грегорианский календарь, происходит постоянно смещение графика. То есть зима начинается сейчас в конце декабря – начале января, а продолжается до середины апреля, если не до конца апреля. В то время как если бы мы остались на Юлианском календаре, она начиналась бы логично – в середине декабря и заканчивалась с началом апреля.
Ю.СИЛЯВИНА: +7-925-101-107-0 – номер нашего SMS, присылайте. Мне пишет 82-й «Примерно 4 процента – 4 процента чего – остаются или уезжают – уточните». И 788-107-0 – номер нашего эфира. Давайте буквально один звонок примем по новогодним каникулам и будем другие темы обсуждать. У нас сегодня их немало. Алло, здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мне Дмитрий зовут. Здравствуйте. Я не отношусь к тем людям, которые элита. Но я вам могу сказать, что, допустим, вот эти десять дней при всем своем желании выпить – такой возможности не было. На эти десять дней мы всегда уезжаем за город.
Ю.СИЛЯВИНА: Многие же, наверное, уезжают за город, и это не мешает им… одно другое не исключает.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, вы не поняли. Мы уезжаем за город с детьми, не будешь же при детях бухать постоянно. А те люди, которые пьют эти десять дней, они и без праздников это делают, круглый год. Им ничего не мешает. Им праздник – не праздник, все равно они будут пить. А если грамотно подойти: мы на лыжах покатались, на санках покатались – изумительно, на самом деле.
Ю.СИЛЯВИНА: Спасибо, Дмитрий. В этот раз повезло москвичам со снегопадами.
А.ШМЕЛЕВ: Но все-таки у нас существует некоторое социально расслоение. И у большинства людей, у которых есть какие-то загородные жилища - дачи, домики - как правило, эти домики летние. И зимой там просто банально холодно. А как раз на майские праздники пресловутые спокойно можно было бы туда уезжать. Более того, мы забываем о том, что существенный процент населения нашей страны до сих пор кормится со своих приусадебных участков. И в этой связи тоже перенос праздников на май был бы крайне актуален. В начале мая как раз самое время было бы уехать на дачу, посадить картошку, помидоры и прочее, то есть заниматься таким полезным делом.
Ю.СИЛЯВИНА: Александр Шмелев, напомню, у нас сегодня в гостях. Еще одна тема, которую очень хотелось бы обсудить, которая вызывает много вопросов: это мигранты и патенты, которые, возможно, появятся. Правительство внесло в Госдуму законопроект соответствующий. Мигранты должны будут за тысячу рублей покупать патент для того чтобы работать у частных лиц в России, например, нянями, садовниками и так далее. Конечно, вопросов много, потому что многие теперь обсуждают, к чему это приведет. Московские власти говорят: еще больше у нас мигрантов станет. У нас есть квоты, но теперь, помимо квот, мигрант может дать тысячу рублей и приехать на работу на месяц в Россию. Эксперты говорят, не начнется ли коррупция. Естественно, начнется. Появятся некие посредники. И тогда, может быть, будет хозяин, работодатель, платить за своего узбека, например, тысячу рублей, у которого нет этой тысячи, и тот будет, как крепостной крестьянин отрабатывать эту тысячу. И не возникнет ли у нас такого…
А.ШМЕЛЕВ: Рабовладельческого строя.
Ю.СИЛЯВИНА: Не вернемся ли мы в крепостничество?
«По сути, конечно, огромное количество народа работает на положении крепостных. Сейчас это мигранты, в советское время были колхозники, которые не имели права выехать в город, сменить местожительства, владеть паспортами и так далее»
А.ШМЕЛЕВ: Ну, во многом вернемся. Другое дело, что, на мой взгляд, я скажу сейчас кощунственную вещь, но, тем не менее – мы из него и не уходили. Просто сменился язык, которым мы все это называем. Но, по сути, конечно, огромное количество народа работает на положении крепостных. Сейчас это мигранты, в советское время были колхозники, которые не имели права выехать в город, сменить местожительства, владеть паспортами и так далее. Сейчас да. На самом деле, этот законопроект говорит о том, что, в принципе, каждый человек может себе купить раба за 12 тысяч рублей в год. Просто покупай патент, привози няню, садовника, прислугу, не знаю, конюшего, как обычно бывает. Да, это, конечно, некоторая такая морально-нравственная проблема. С другой стороны, я не очень понимаю, как ее обойти, потому что, объективно говоря, людям удобнее жить, когда у них есть прислуга, няня, садовник. И если есть люди, готовые за очень маленькие деньги выполнять эти функции, понятно, что, так или иначе, они будут их выполнять, легально или нелегально.
Ю.СИЛЯВИНА: Вы считаете, что такое крепостничество новое наше российское – это нормально? Его не избежать.
А.ШМЕЛЕВ: Да. Я против слово «нормально», я за слово «неизбежно». Оно есть, так или иначе. Оно будет, так или иначе. Просто вопрос, насколько оно будет легально и насколько нелегально. И в этой связи идея с патентом не такая плохая, потому что тысяча рублей в месяц не такие большие деньги, есть возможность легализовать большое количество этих мигрантов. Вы абсолютно правы, как правило, это будут делать не сами мигранты, а их работодатели. Хотя бы какие-то деньги будут поступать в казну, мы сможем вести статистический учет, сколько реально мигрантов у нас работает и так далее. Запрети сейчас эти патенты, введи какие-то ограничения и прочее, я не думаю, что это в реальности повлияет на количество мигрантов. Я думаю, что просто большинство из них будет работать нелегально, как оно, кстати, и происходило все эти годы.
Ю.СИЛЯВИНА: 788-107-0. Александр Шмелев говорит – нового крепостничества в России не избежать, к сожалению. Оно было, есть и будет. 788-107-0 – согласны, не согласны, звоните, можете спорить с Александром по поводу этого нового законопроекта, который сейчас внесен в Госдуму правительством. Мигрант платит тысячу рублей и приезжает в России, вне зависимости от того, по квоте он приезжает или нет. Это в обход квотирования, о котором так много говорили. Московские власти боятся, что еще больше появится мигрантов. Звоните и пишите нам SMS по номеру +7-925-101-107-0.
А.ШМЕЛЕВ: Я просто хотел бы внести небольшое уточнение. Не то, что он платит тысячу рублей и приезжает в Россию. Приезжает в Россию, как он приезжает, может, он уже приехал – он платит тысячу рублей за то, что он месяц может официально работать.
Ю.СИЛЯВИНА: То есть каждый месяц ему надо платить по тысяче.
А.ШМЕЛЕВ: Да, и тогда он может этот месяц работать на законных основаниях.
Ю.СИЛЯВИНА: Алло, здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Марина. Такой маленький сюжет. У нас в доме консьерж, один, из Молдавии. И три года у нас в этой комнатушке живут еще его жена, его сын, его невестка. Днем их никого нет, они на работе, пока люди идут на работу, чтобы видели, что они работают. Вечером они приходят, когда люди должны вернуться с работы. Они работают везде. Зарабатывают, как она сама говорит, по 2-3 тысячи долларов, налоги не платят. Пользуются всеми нашими коммунальными услугами: свет, электричество, холодильник, телевизор, радиоприемник. И никто, сколько говорили мы участковому, никто не наведет здесь порядок.
Ю.СИЛЯВИНА: А как вы думаете, почему участковый ничего не может сделать?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Потому что они ему платят с человека 1500.
Ю.СИЛЯВИНА: Даже известна сумма.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Так они сами говорят.
А.ШМЕЛЕВ: Это не скрывается, абсолютно.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: И притом в округе у нас много новостроек у метро «Академическая», и везде там молдаване. Они дерутся за место, чтобы только одному закрепиться. По 3-4 человека живут. Такая же история у моего племянника. У него дом 16-этажный. Там одна консьержка. Живут они в этой комнатушке четверо: двое детей, муж и она. И никто не работает нигде. Только сидят и получают 8 с чем-то тысяч.
Ю.СИЛЯВИНА: Спасибо.
А.ШМЕЛЕВ: Это очень хороший комментарий. На самом деле, мне кажется, он подтверждает мои предыдущие слова. Де-факто же происходит такое. Живут они, платят участковому по полторы тысячи рублей. А так будут платить по тысяче рублей, но официально, в казну. Что-то теоретически с этих денег мы сможем поиметь. Не знаю, может, дорогие какие-то будут ремонтировать или еще что на эти деньги. Такого вопроса, что сейчас мигрантов нет, а вот введи этот патент, тут они и понаедут, так вопрос ставить вообще нельзя.
Ю.СИЛЯВИНА: 788-107-0. Еще ваши звонки, ваши вопросы. Хотите – спорьте с Александром, пожалуйста.
РАДИСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это Ольга из Москвы. Меня интересует вопрос: а как вы представляете в качестве няни женщину из Узбекистана?
А.ШМЕЛЕВ: Тут каждый определяет для себя. Я никак не представляю. Для своего ребенка хотел бы нанимать женщину, которая, по крайней мере, говорит хорошо по-русски. Но, тем не менее, я знаю, что у многих моих друзей не из Узбекистана, а из Молдавии, скажем, много нянь
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Хорошо. Но ведь, в конце концов, навыки ребенка, его культурный уровень – он с детства, до шести лет ребенка можно как-то образовать, правильно?
Ю.СИЛЯВИНА: Да. Но это выбор каждого человека. Это значит, родители пытаются сэкономить, что ли?
А.ШМЕЛЕВ: Если мы обратимся к русской культуре, понятно, что Арина Родионовна была гораздо менее образованная, она была простой крепостной женщиной, чем родители Пушкина.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, интеллект не определяется крепостной или нет. Я говорю о национальности. Когда тогда у нас будет государственный язык?
Ю.СИЛЯВИНА: Говорят, можно, чтобы были молдаване нянечками…
А.ШМЕЛЕВ: Украинцев очень много.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Это традиции. Это самое главное, правильно?
А.ШМЕЛЕВ: Это факт. Вы абсолютно правы. Но в любом случае, это вопрос к родителям, насколько они заботятся о своем ребенке. Мы не можем же им запретить.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Получается, что будет тендерная система: кто меньше запросит, того и возьмем, да?
А.ШМЕЛЕВ: Это вопрос к родителям. Какие-то родители могут считать так: кто меньше запросит, того и возьмем. Но все-таки обычно родители смотрят не только на стоимость няни, но и на ее качество.
Ю.СИЛЯВИНА: Александр, мы вообще согласны с Ольгой, чего тут спорить, здесь противоречий никаких нет.
А.ШМЕЛЕВ: Да. Просто это не может регламентироваться государством, это, прежде всего вопрос конкретного родителя.
Ю.СИЛЯВИНА: Из Узбекистана и Таджикистана они могут в садовники идти или чистильщик бассейна, например.
А.ШМЕЛЕВ: Опять-таки, не надо расизма, я предполагаю, что в Узбекистане и Таджикистане могут быть образованные и культурные люди. Даже некоторых знаю. Но, да, действительно, масса, понятно, если говорить конкретно про няню, скорее, это какие-то более близкие нам культуры – Украина, Молдавия.
Ю.СИЛЯВИНА: Кстати, о тех людях, у которых высшее образование, специалистах, им привилегии тоже в этом законопроекте прописаны. Предоставляется местожительство и все прочее, чтобы как-то их поддержать.
А.ШМЕЛЕВ: Даже местожительство? Я как-то…
Ю.СИЛЯВИНА: Я сейчас почитаю. У нас реклама, а после я расскажу.
Ю.СИЛЯВИНА: Сегодня у нас в гостях публицист Александр Шмелев. И я, Юлия Силявина. Я исправляюсь, читаю: документа также предполагает, что высококвалифицированные мигранты, которые будут приезжать в Россию по приглашению работодателей, с социальными жилищными гарантиями, будут получать вид на жительство в России сразу.
А.ШМЕЛЕВ: Это все-таки большая разница. Вид на жительство – понятно, но жилья им, думаю, никто не будет давать.
Ю.СИЛЯВИНА: Хорошо, вид на жительство. Еще тема, которая обсуждается. Ее начали обсуждать журналисты в конце года, в декабре на последней неделе. Это было связано со словами Дмитрия Медведева, который сказал, что мы будем все-таки стараться, чтобы губернаторы регионов сидели в своих креслах не больше трех сроков, все-таки желательно. Будем уступать дорогу молодым, и это будет приоритет, сказал Дмитрий Медведев. И сегодня также пишут, что в наступившем году поменяется почти половина глав регионов. Такие прогнозы делают эксперты. У трех десятков губернаторов истекут сроки полномочий. По прогнозам экспертов, не все они смогут сохранить свои кресла. Александр, вопрос возникает: у нас много долгожителей, с 91-го года.
А.ШМЕЛЕВ: Много, не то слово.
Ю.СИЛЯВИНА: Тулеев, Полежаев, Минтимер Шаймиев, многие.
А.ШМЕЛЕВ: Лужков.
Ю.СИЛЯВИНА: Лужков с 92-го года. Их там целый список.
А.ШМЕЛЕВ: А есть совсем долгожители. Скажем, в Ханты-Мансийске губернатор Александр Филиппенко еще в 89-м году стал секретарем местного обкома и с тех пор руководит регионом. Да, безусловно. Просто, вы знаете, как-то получается, мы все время с губернаторами ходим по кругу. Был же вообще закон о том, что они не могут сидеть более двух сроков. Потом в него внесли в 99-м году так называемую «поправку Бооса», что да, не более двух сроков, но начиная с 99-го года. А все, что до этого, обнуляется. Дальше, когда и те два срока подошли к концу, внесли, что они вообще теперь не избираются, назначаются из центра и как бы опять сроки обнуляются. Теперь Медведев аккуратно говорит о том, что желательно не более трех. Но при этом понятно, что пока, несмотря на то, что за последние десять лет сделано достаточно много по минимизации регионального феодализма, но еще далеко не все. Понятно, что большинство губернаторов в своих регионах такие цари и боги. Центр не решается их убрать, потому что как бы регион останется без управления. Могу рассказать про тот же Ханты-Мансийск. Я провел там какое-то время. Где Александр Филиппенко стоит совсем на другом уровне, нежели все остальные региональные политики. То есть региональные политики могут как угодно между собой разбираться, но Филиппенко для них царь и бог.
Ю.СИЛЯВИНА: Да, потому что он уже сколько лет занимает… у него связи.
А.ШМЕЛЕВ: Я думаю, что смена его для Ханты-Мансийского автономного округа будет не меньшим потрясением, чем, я не знаю, условно говоря, смерть Сталина для СССР.
Ю.СИЛЯВИНА: А как же динамика, как же развитие, как же свежая кровь? Я не говорю про главу Ханты-Мансийского автономного округа…
А.ШМЕЛЕВ: Я очень за эту динамику и хотел бы, чтобы она происходила. Просто, понимаете, тут нельзя рубить сплеча. Сначала надо подготовить какое-то количество кадров, которые могут теоретически сменить этого ханты-мансийского Филиппенко, а дальше уже его менять. Я думаю, что на это нацелен кадровый резерв, который в конце прошлого года активно начала раскручиваться. Думаю, что этот процесс очень долгосрочный. Потому что кадровый резерв кадровым резервом, но того же Дарькина приморского переназначили, несмотря на огромное количество претензий к нему и всякие слухи про его связи с криминалом. Не знаю уж, насколько беспочвенные.
Ю.СИЛЯВИНА: Мы возвращаемся к проблеме социальных лифтов. Есть они или нет сейчас, насколько они эффективны, насколько они реализовываются. Потому что ведь молодой человек, который идет работать куда-нибудь в городскую администрацию или вообще хочет продвинуться и хочет что-то сделать, с какими-то хорошими намерениями идет и хочет делать что-то для своего региона. Видит, что губернатор сидит на этом месте уже 20 лет, и никуда его не сдвинешь, и вообще, никаких подвижек нет. Он думает, зачем мне это надо, я лучше чем-нибудь другим займусь.
«Когда мы говорим о социальном лифте продвижения вверх, что молодые люди должны двигаться вверх, должны быть и социальные лифты, едущие вниз. А вот таких прецедентов у нас нет»
А.ШМЕЛЕВ: Юля, вы абсолютно правы. Но просто каждый раз, когда заходит разговор о социальных лифтах, мне хочется напомнить говорящим так: что любой лифт может работать, только если он ездит вверх-вниз, в две стороны. Поэтому, когда мы говорим о социальном лифте продвижения вверх, что молодые люди должны двигаться вверх, должны быть и социальные лифты, едущие вниз. А вот таких прецедентов у нас нет. Ну, то есть, есть ровно одни прецедент, который сейчас сидит в Краснокаменске. Нет других прецедентов. Человека там снимают, какого-нибудь дико одиозного Наздратенко или Кондратенко. Каждому из них предоставляют все равно некую синекуру в Москве. Люди из элиты не вылетают. Ну, практически не вылетают, за очень редким исключением. Если человек попал уже в элиту, все. Даже его могут снять с одного поста, но назначить на другой и так далее, и тому подобное. А количество этих постов не безгранично. Конечно, оно расширяется. Количество чиновников из-за этого все время растет.
Ю.СИЛЯВИНА: Вы думаете, что просто не знают, куда их поставить, чтобы не обидеть еще.
А.ШМЕЛЕВ: Потому что нет такого принципа, нет лифта, едущего вниз. Если человек попал в элиту, вся система на этом выстроена…
Ю.СИЛЯВИНА: Уже возраст, пусть пенсию получают, свою законную пенсию, сидят на дачах многочисленных своих.
А.ШМЕЛЕВ: Это не принято. Человека из элиты не выбрасывают. Ну, что значит, сидит на даче. Не хочет он сидеть на даче. Он говорит: как? я верно служил, за что вы меня так? Одного уберешь, остальные начнут думать: а зачем еще верно служить? У нас главный принцип – если попал в элиту, то навсегда.
Ю.СИЛЯВИНА: 788-107-0. Принимаем ваши звонки. У нас буквально минута до новостей остается. И также SMS +7-925-101-107-0 – это номер нашего SMS, присылайте, все прочитаем. И также rusnovosti.ru, это название нашего сайта, «задать вопрос в прямой эфир». Задавайте, тоже будем читать. 788-107-0. Губернаторы: вы за стабильность или за динамику. Пусть будут долгожители сидеть на своих местах, они в курсе, они все знают, у них свои связи, свой опыт. Или все-таки молодая кровь, динамика, пусть даже они будут учиться на нас, на живых людях. Алло, здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня Вячеслав зовут. Какая штука с этими, которые в няньки…
Ю.СИЛЯВИНА: Нет, Вячеслав, тема совсем уже другая, и мы не намерены возвращаться снова к прежней теме. Алло, здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Луиза. Скажите, пожалуйста, вы говорили о законопроекте о мигрантах, нельзя ли подробнее?
Ю.СИЛЯВИНА: Луиза, посмотрите в Интернете. Наберите «патент» и найдете очень много новостей по этому поводу. Хорошо, у нас сейчас новости, 16:30. После продолжим.
Ю.СИЛЯВИНА: Юлия Силявина. Александр Шмелев у нас сегодня в гостях. Мы до новостей говорили о губернаторах, старых и новых, которые, возможно, сменят долгожителей наших. И у меня вопрос к вам, слушателям.788-107-0 – звоните по этому номеру. Вы все-таки за стабильность или за динамику. Вы за долгожителей, за людей, которые знают, что они делают, у которых свои связи, у которых опыт, в конце концов, жизненный и профессиональный. Или все-таки за новую кровь, за изменения. Пусть даже эти новые люди учатся и совершают ошибки. 788-107-0. Звоните. И также номер нашего SMS +7-925-101-107-0. Мы все читаем. И rusnovosti.ru – название нашего сайта. 788-107-0.
А.ШМЕЛЕВ: Юля, я хотел обратить ваше внимание, что перед паузой раздалось два звонка в ответ на этот ваш вопрос. И оба раза люди заговорили о мигрантах. Что достаточно характерно, потому что, мне кажется, вся проблема с губернаторами людьми начинает восприниматься как бы отстраненно. Да какая разница, кто там будет, все равно это далеко.
Ю.СИЛЯВИНА: Это вопрос: вам все равно, кто занимает и сколько он сидит на своем кресле, или вам не все равно? Это ваша проблема или нет, это с кем-то другим происходит, это кто-то другой должен решать и думать об этом? Алло, здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Надежда. Я за динамику, за смену губернаторов. Но, если помните, летом у нас были выборы губернатора Сочи. И туда баллотировалась Анастасия Волочкова. Я против такой динамики. Если человек умеет делать хорошо что-то одно, зачем он пытается делать то, что не является его профессией?
Ю.СИЛЯВИНА: Надежда, нужно выбирать проверенных людей. Как их проверять, нужно их воспитывать? Это кадровый резерв президента? Может быть, оттуда брать? Как вы на это смотрите? Кто это – молодая кровь, кто должен занимать посты губернаторские?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Безусловно, это профессионализм, прежде всего. Обучение, может быть, и школа президента.
Ю.СИЛЯВИНА: Надежда, а вас волнует вообще, кто возглавляет, сколько возглавляет? Тут Александр высказал такую мысль, небесспорную, что это очень далеко от простого народа – то, что происходит на верхушке, в элите.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Кто и сколько. Я думаю, что губернаторы должны готовить смену. У них же, безусловно, есть их заместители, которые тоже профессиональны в своих вопросах. И они растут профессионально. Это и правая, и левая рука губернатора, люди, на которых он опирается.
Ю.СИЛЯВИНА: То есть они бы могли?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я думаю, что да.
А.ШМЕЛЕВ: Таким образом, получается, по сути, Надежда, что вы, хоть и говорите, что за динамику, по сути, вы за некоторую такую преемственность.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Может быть, отчасти преемственность.
А.ШМЕЛЕВ: Я хотел бы только поправить: в Сочи не губернатор, а мэр. Волочкова туда баллотировалась, но сошла с дистанции, отказавшись баллотироваться. И все-таки именно поэтому какое-то время назад было принято решение о том, что у нас губернаторов выбирают не напрямую, а президент предлагает региональному парламенту несколько кандидатур. И региональный парламент эти кандидатуры утверждает. Именно для того, чтобы избежать случаев, подобных Волочковой. Тогда еще не было, тогда очень раскручивался случай с юмористом Евдокимовым, ныне покойным, ставшим губернатором Алтая. Что вот, как это так, должны приходить профессионалы. Казалось бы, приняли этот закон. Но, тем не менее, динамики пока тоже не видно.
Ю.СИЛЯВИНА: Нам пишут через SMS. «А что вообще делают губернаторы», - спрашивает 34-й. 30-й пишет: «Надо назначать новых и советниками оставлять старых». Да какой тогда смысл? Если политика остается прежней, то зачем менять человека?
А.ШМЕЛЕВ: Это не такая уж спорная идея. Мне кажется, довольно интересно. Единственное, я не знаю, насколько старый будет готов идти в советники к новому. Там, конечно, взаимная ревность может быть. Только если, как предлагала Надежда, новым губернатором становится кто-то из заместителей прежнего, а прежний идет к нему в какие-то советники, тогда это еще реально. А так, скорее, происходит смена команд. И наоборот, новый человек все выстраивает под себя, и некоторым образом отталкивается от политики предшественника.
Ю.СИЛЯВИНА: Еще тема. У нас остается буквально несколько минут, чтобы обсудить ее. Но, тем не менее, свое мнение, пожалуйста, Александр. За перекрытие автотрассы или железнодорожных путей следует наказывать в уголовном порядке, вплоть до тюремного срока. Соответствующие поправки к Уголовному кодексу подготовлены правительством и уже внесены в Госдуму. Оппозиция уверена, что страх наказания не остановит людей, если они будут доведены до отчаяния. Коммунисты об этом говорят. Так вот, будут перекрывать, точнее, не будут перекрывать, боятся этого власти. И тем самым вводят законопроект, который предусматривает уголовную ответственность за перекрытие. Мы сразу вспоминаем Пикалево и несколько таких случаев, которые происходили, перекрытия трасс. Где-то, по-моему, в Сибири такое происходило. Тем не менее, как вы думаете, почему, отчего появился такой законопроект, Александр? Чего-то ждут, чего-то боятся, что что-то начнется?
А.ШМЕЛЕВ: Нет. Насколько я понимаю, этот законопроект – это просто одна из реакций на трагедию, произошедшую с поездом «Невский экспресс». Депутаты стали думать, что же еще делать для обеспечения безопасности транспорта. Надо, наверное, карать тех, кто перекрывает. Конечно, не исключаю, что также авторы законопроекта начинали думать о ситуациях, подобной пикалевской и так далее. Но, во-первых, я не думаю, что этот закон пройдет. Во-вторых, я думаю, что если он пройдет, то он ни в коем разе не будет применяться в ситуациях, подобной пикалевской. Именно потому, что у нас же на самом деле форма правления, я давно настаиваю на том, что она правильно должна бы называться «рейтингократией». То есть власти очень важно иметь высокий рейтинг доверия в глазах населения.
Ю.СИЛЯВИНА: Разве это не везде так? Везде следят за рейтингом, везде смотрят. Берлускони ударили статуэткой по лицу, и сразу рейтинги подскочили. Сразу эту фотографию с окровавленным лицом на предвыборные плакаты…
А.ШМЕЛЕВ: Тем не менее, это не значит, что ради рейтинга Берлускони идет и постоянно будет бить себя статуэтками по лицу. А в России ситуация чуть другая. Она больше похожа на прямую демократию. Если народ что-то волнует, власть мгновенно должна на это реагировать, делать популярные действия. И понятно, что если бы, скажем, когда была ситуация в Пикалево, туда бы приехал ОМОН, быстро всех бы разогнал, повязал, арестовал, да еще бы навешал тюремные сроки, ну, это не добавило бы власти популярности. Именно поэтому на такие меры никто не пойдет. Одно дело, когда забирают в кутузку какое-то количество либеральной интеллигенции, вышедшей в Москве на «Марш несогласных», к ним особо сочувствия у населения нет. А совсем другое дело, когда репрессии применяются против населения целого города, просто оказавшегося в безысходной экономической ситуации.
Ю.СИЛЯВИНА: Спасибо. Сегодня у нас в гостях был публицист Александр Шмелев. Он считает, что законопроект о введении уголовной ответственности за перекрытие трасс, железнодорожных путей, автотрасс все-таки не пройдет, скорее всего. Ну, что, посмотрим, покажет время. Спасибо.