Н.ЗЯТЬКОВ: «Ни вектора, ни социальной милиции, честно говоря, я не вижу. Но стремление Нургалиева работать в этом направлении, мне кажется, очень правильное и похвальное»
Р.КАРИМОВ: 16.04 в столице. У микрофона Рустам Каримов. У нас в гостях главный редактор газеты «Аргументы и Факты» Николай Зятьков. Николай Иванович, добрый день.
Н.ЗЯТЬКОВ: Добрый день.
Р.КАРИМОВ: Начнем с трагедии, всколыхнувшей все общество России и наверно мира, в Перми. Я перед эфиром читал статью вашего интернет-автора, я так понимаю, на aif.ru Михаила Мельникова. Такая у него была подводка: в крайне тяжелом состоянии находится еще более 40 человек и медики не дают решительно никаких прогнозов относительно итогового числа жертв самого банального «раздолбайства». Слово это ввел в официальный лексикон президент России Дмитрий Медведев во время встречи с генеральным прокурором Юрием Чайкой. Кстати, сейчас в Интернете информация, что число жертв пожара в Перми возросло до 134 человек. По вашему мнению, чье это раздолбайство? Это раздолбайство чиновников или все-таки предпринимателей, которых не держат в узде опять же чиновники?
Н.ЗЯТЬКОВ: Я думаю, что здесь такая солидарная ответственность, безусловно, должна быть. Именно на этом трагическом случае произошло некоторое все-таки смещение оценок. Я имею в виду, поиск виновных не ограничился только «стрелочниками», как у нас часто бывает. Т.е. находят человека, иногда этот человек оказывается уже мертвым или он куда-то убегает за границу, в крайнем случае это может быть какой-то мелкий предприниматель, который оказывается к тому времени, случившегося нарушил все, что только можно. Все остальные оказываются белыми и пушистыми. Т.е. пожарная охрана тут же достает из рукава и говорит «а вот мы предъявляли несколько раз, а вот мы его уже штрафовали». Кстати, та же «Хромая лошадь» была оштрафована на 1800 и на 10 тысяч рублей в свое время и были какие-то выданы предписания.
Р.КАРИМОВ: Это год назад.
Н.ЗЯТЬКОВ: Но это, в общем, смешные суммы для заведения, которое имеет такие сильные обороты. В этой ситуации и премьер, и президент все-таки распространили ответственность не только на лиц, которые все это не обеспечили, а люди, которые владеют заведением, они должны как минимум обеспечивать порядок. Если там 50 человек прописано, что может находиться, 200 там никак не может быть. Если там существуют определенные пожарные требования и человек, который занимается этим бизнесом, он очевидно должен их знать и должен их соблюдать. Так вот после этой трагедии были, правда, всего лишь на всего отстранены от работы несколько чиновников из МЧС, из пожарной службы. Конечно, это может быть, мы будем следить за дальнейшим развитием событий, как увод от ответственности их на время, так может быть это первый шаг к серьезному разбирательству и в том числе возбуждению уголовного дела. Сейчас, насколько я знаю, закон не предусматривает наказание тех чиновников, которые должны контролировать состояние той же противопожарной безопасности или санитарно-эпидемиологической. И в этом тоже, как мы пишем в последнем номере, существует такая хитрость, потому что это в законе не прописано. А кто пишет у нас законы? Законы у нас пишут, как мы знаем, инициаторы могут быть и депутаты, и члены Совета Федерации, и т.д., но в основном они исходят из правительства. Т.е. получается, что сами чиновники на уровне министерства пишут такой закон, чтобы все контролировать, но ни за что не отвечать. В крайнем случае, ответить в плане таком административном, их уволят. Тем не менее, Путин сказал, что эту ответственность нужно расширить, и Медведев на встрече с генеральным прокурором тоже попросил все-таки найти какие-то зацепки. А в будущем, я думаю, необходимо, конечно, менять законодательство. Потому что, по большому счету, когда я размышлял над этой ситуацией, в своей колонке в последнем номере написал: в нынешнем виде такая надзорная служба не нужна, более того, она вредна. Потому что если она ни за что не отвечает, но при этом имеет огромные полномочия для того, чтобы приходить (говорят, что сейчас раз в год, но на самом деле они могут приходить гораздо чаще), требовать, контролировать, но при этом не нести никакой ответственности.
«Есть еще один момент очень важный и тоже опять-таки отрадный, если можно говорить после такой трагедии об отрадности, но, тем не менее, впервые именно в Перми часть чиновников была отправлена в отставку»
Н.ЗЯТЬКОВ: Значит, тогда мы должны возвратиться или прийти к тому, что существует во многих странах мира и то, что существует у нас в некоторых видах деятельности. Например, ты владеешь автомобилем, ты сдал на права, ты на нем можешь ездить. Если ты занялся ресторанным или каким-то бизнесом по торговле, по продаже, ты выполнил все условия, ты заплатил налоги раз в год, все. Значит, всю ответственность, которая произошла, если ты что-то нарушил, ты несешь ее сам лично. А это же тысячи, сотни тысяч чиновников, которые растут по должности, по званию, они форму носят, они ходят, при этом они фактически получают официально не такие уж большие деньги, но естественно, что они это воспринимают как кормление, которое было в царской Руси, вот он получает, скажем, территорию на кормление. Есть еще один момент очень важный и тоже опять-таки отрадный, если можно говорить после такой трагедии об отрадности, но, тем не менее, впервые именно в Перми часть чиновников была отправлена в отставку. Раньше у нас этого тоже не было. Хотя, конечно, выглядит все немножко странно, потому что те же пожарные виноваты, но при этом министр МЧС ходит и докладывает премьеру и показывает, т.е. он выступает как лицо, которое как бы нейтрально. Или тот же губернатор, который отправил в отставку своих подчиненных, правда, он в данном случае сказал, что тоже готов положить мандат на стол президенту, президент решит. Есть какая-то подвижка, но так, в принципе, должно быть всегда. Это должно стать неотъемлемым правилом в этой ситуации. А если возвращаться к контролирующим органам, к тем же самым пожарным, тут вариант: или их вообще не должно быть и вся ответственность как раньше всегда бывало ложится на исполнителя, на бизнесмена, на кого угодно, кто отвечает за этот участок, а если они остаются в каком-то виде, то тогда нужно помимо полномочий, которые им выданы на проверку и контроль, их нужно наделить еще и большой долей ответственности. Чтоб они знали, если они пришли и проверили, но там произошло нечто ЧП, то они за это понесут ответственность.
Р.КАРИМОВ: Николай Иванович такой комплексный ответ, все усмотрели. Тогда последний вопрос по этой теме. Послужит ли пример - увольнение в Пермской крае другим наукой?
Н.ЗЯТЬКОВ: Это примером, конечно, не послужит. Я думаю, что у нас была уже масса таких ситуаций, когда были звоночки, были даже какие-то мелкие примеры, но они не стали правилом. Возьмем, скажем, то же дело Евсюкова, который расстрелял в магазине несколько человек. Начальник ГУВД Москвы и министр на первых порах даже говорили, что это, в принципе, достойный человек, у него не было за все время службы серьезных нарушений и наказаний соответственно, наверное, что-то психологическое с ним произошло, человек надломился. И только после вмешательства президента, который сам своим решением снял начальника ГУВД Москвы, оценки резко поменялись. И уже Евсюкова все руководство милиции считает отщепенцем, оборотнем и т.д. И много было случаев таких, когда подается сигнал сверху. Я не думаю, что сейчас на местном уровне чиновники сами приняли такое решение. Был сигнал из Москвы. Поэтому я делаю вывод на будущее, что соответственно и дальше, следующие чиновники на других территориях тоже будут ждать, когда сверху им скажут «ну, что вы сидите, хотите под суд? Лучше уйдите в отставку сейчас, пока не поздно». Т.е. должно пройти несколько наверно, конечно, не дай бог, таких трагических вещей, скажем, связанных с коррупцией, с какими-то другими правонарушениями, когда человек отвечает своей должностью за то, что произошло на его подведомственной территории. Иначе вообще и быть не может. Как глава администрации территории, на которой находится это нарушающее все мыслимые законы заведение…, таких, кстати говоря, по России миллионы. Мало того, что они существуют с нарушениями, они еще являются структурами, которые отданы членам администрации или их родственникам, или их знакомым и которые имеют некий статус неприкосновенности. Вот это еще нужно ломать.
Р.КАРИМОВ: Иначе такие звоночки ни к чему не приведут. У нас в гостях главный редактор газеты «Аргументы и Факты» Николай Зятьков. Сейчас на РСН реклама.
Р.КАРИМОВ: Мы продолжаем. У нас в гостях главный редактор газеты «Аргументы и Факты» Николай Зятьков. Переходим к следующей теме: социальная милиция, вектор социальной милиции. В МВД происходит эволюционный процесс создания социальной милиции, главная функция которой - не наказывать, а защищать людей. Об этом заявил глава МВД Рашид Нургалиев. По его словам, вектор, который мы взяли четыре года назад, - вектор социальной милиции. При этом он заметил, что этот процесс является по-настоящему эволюционным, потому что речь идет о переходе от старой формации, когда милицию считали карающим мечом диктатуры пролетариата, к радикальному, иному представлению о работе милиции. Николай Иванович, как считаете, сейчас действительно наблюдается этот вектор социальной милиции?
Н.ЗЯТЬКОВ: Ни вектора, ни социальной милиции, честно говоря, я не вижу. Но стремление Нургалиева работать в этом направлении, мне кажется, очень правильное и похвальное. Дело в том, что высокие чиновники, начальники, командиры все-таки, несмотря на то, что периодически ездят в свои подразделения или подведомственные, подцарственные территории, и что часто показывают на экранах телевизоров, на самом деле они все-таки плохо знают. Да, как правило, они говорят «мы же тоже выросли от рядового или от линейного лейтенанта до генерала». Но это было давно, все поменялось, все изменилось и та информация, которая дается руководству, начальнику любого ведомства, я думаю, что даже и начальникам страны, если так условно можно назвать наших руководителей, конечно, она искажается очень серьезно. При этом существует масса фильтров, которые эту информацию ограничивают. И те структуры, которые созданы, называются пресс-службами, службами по общению с общественностью и т.д., на самом деле они затыкают эти каналы общения. И поэтому, конечно, у него может быть такое ощущение по общим справкам, по тому, что где-то как-то сделано, что кому-то помогли. И реально, конечно, что-то происходит, тут слов нет. Но вопрос ведь в том, видят ли сами люди? И здесь нужно было бы, конечно, с помощью опросов, которые регулярно проходят, в которых уровень доверия к милиции очень невысокий. Поэтому если бы у людей спросили: вы чувствуете, что милиция вас защищает (такие опросы есть и это помогает), что она стала социальной? Я думаю, что большинство бы сказало, что нет. Ее, к сожалению, боятся. Что это за социальная милиция, которую боятся? И сейчас, по крайней мере, я знаю по тому, как сталкиваемся мы и наши читатели, люди сто раз подумают, прежде чем обратиться. Да, безвыходная ситуация, конечно. Может быть, как раз в такой ситуации какой-то честный, порядочный или милиционер, который считает, что здесь он должен помочь, а дальше, в другом месте, он считает, что он должен с человека содрать, предположим, деньги или каким-то образом над ним поглумиться. В этой части он, наверное, поможет. Поэтому менять нужно кардинально. Здесь не пиаровскими, не лозунгами, акциями какими-то, а продумать ту же самую систему, начиная от отбора, начиная от критериев. Т.е. если мы хотим строить социальную милицию, это нечто, что было раньше или сейчас отчасти существует в Америке, когда есть шериф - это человек, который делегируется сообществом жителей на своей территории. Ему дается оружие, и он соответственно имеет полномочия вместе с этой звездочкой. Да, хорошо, о’кей, давайте тогда строить именно такую милицию. Это предполагает что? Ну, там выборность, не выборность начальника милиции, но, по крайней мере, при назначении учет мнения тех, кого он на этой территории раньше защищал или на предыдущей территории, если его назначат на другое место. Но если существует вертикаль сама по себе, которая, может, не является карающим мечом пролетариата, потому что как такового у нас практически нет, по крайней мере, из идеологии он вычеркнут, но он является карающим мечом кого-то. По крайней мере, он не является защитником людей, собственно, ради чего и была создана. Как на «прямой линии» премьер Путин сказал, что их больше по численности, чем в армии, по крайней мере, сопоставимо. Вы представляете, есть организация военная, вооруженная, которая защищает всю Россию перед лицом потенциального противника на всем протяжении стратегически, сухопутно и т.д. И есть точно такая же армия, тоже вооруженная, тоже в форме, которая, что она делает? Которая должна защищать нас от преступников, от бандитизма. Преступность растет – защита падает.
«Может быть, труднее даже того же депутата избрать, потому что его деятельность не видна. Мэра уже легко, потому что есть территория и видно: порядок - не порядок»
Р.КАРИМОВ: Николай Иванович, вы считаете, что система как в Америке с выбором шерифа, у нас, с нашим менталитетом в России получится, удастся?
Н.ЗЯТЬКОВ: Я вообще сторонник того, что нужно слушать людей, они всегда посоветуют умное и грамотное.
Р.КАРИМОВ: А как они узнают об этом? Они же не будут просить соседа «давай, давай, ты у нас общественник, иди, защищай нас».
Н.ЗЯТЬКОВ: Нет, это люди должны быть обученные. Речь идет о том, как раньше мы выбирали судей, как в свое время мы выбирали депутатов, губернаторов. Мэров еще пока мы выбираем. Ясно, что многие скажут «да, он подкупит всех или запугает, и его выберут». Но не надо, в общем, считать людей за быдло, во-первых. Во-вторых, как раз, может быть, труднее даже того же депутата избрать, потому что его деятельность не видна. Мэра уже легко, потому что есть территория и видно: порядок - не порядок. Точно также легко избрать того же самого милиционера. По крайней мере, главного начальника милиции этого региона. Мы с вами живем на какой-то территории. Мы позвонили, они не приехали, приехали поздно, приехали пьяные, не помогли. Стали записывать данные какие-то, вместо того, чтобы помочь, они еще начинают смотреть вокруг «а, хорошо живете, а что у вас за фирма, а что вы производите: ну, ладно». И собирают целое досье на тебя, чтобы потом, не знаю, кому-то передать… И когда наступает вопрос: вы согласны с тем, чтобы руководитель милиционеров, не знаю, как их можно назвать, социальных милицейских работников…
Р.КАРИМОВ: Защитников.
Н.ЗЯТЬКОВ: Продолжал руководить этой территорией? Скажут «нет». А может быть и наоборот. Человек пришел, вот сейчас в Москве пришел новый руководитель, резко повысилась ответственность. По крайней мере, чувствуется уже сверху идут такие сигналы, импульсы, очень правильные шаги. Если ему удастся в течение какого-то времени, я имею в виду Колокольцева, дойти все-таки достаточно глубоко до низов, хотя это архисложная задача, вот мы увидим. И там через год-два встал бы вопрос: оставляем мы его на этой должности? Да, оставляем.
Р.КАРИМОВ: Т.е стоит учитывать мнение граждан. Николай Иванович, давайте примем один телефонный звонок. 788-107-0. Здравствуйте. Как вас зовут?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Валерий. Как, в первую очередь, нашего добросовестного лейтенанта защитить от верхушки, от нажима?
Р.КАРИМОВ: Это серьезный вопрос. Валерий, а вы связаны с правоохранительными органами?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Каким-то образом, да.
Р.КАРИМОВ: Понял. И вы знаете факты того, что…
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, я не в самом МВД. Я в судебной структуре работаю.
Р.КАРИМОВ: Т.е. сейчас лейтенанты не защищены от верхушки.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы сами понимаете, звонки и прочие словесные указания.
Р.КАРИМОВ: Спасибо Валерий.
«Речь идет о кардинальной реформе милиции. Я вообще считаю, хотя эта была уже идея отвергнута вышестоящими товарищами, что менять нужно кардинально. Т.е. нужно службу закрывать»
Н.ЗЯТЬКОВ: Защитить очень трудно. Мне кажется, в самой системе, если не будет налажен порядок. Да, сейчас существует Служба собственной безопасности, в которую могут пожаловаться как граждане, так и человек, если ему дают какой-то приказ или заставляют выполнять какие-то неправомочные действия, которые нарушают закон, по идее, он тоже теоретически может туда обратиться. Но на практике, понятно, что существует вертикаль подчинения и, конечно, одному лейтенанту, условно говоря, или капитану, или майору сломать это достаточно сложно. Поэтому речь идет о кардинальной реформе. Я вообще считаю, хотя эта была уже идея отвергнута вышестоящими товарищами, что менять нужно кардинально. Т.е. нужно службу закрывать. Проводить новый набор, как это было в 20-е годы, когда из добровольцев. Она должна быть маленькая, компактная, честная и порядочная. Нельзя все функции, начиная от охраны митингов, территорий и т.д., взваливать на одну структуру. Должно быть четкое разделение. Дорожая служба, типа ГАИ; служба, которая занимается расследованием преступлений. Как у нас сейчас охрана зданий – это отдельная служба, хотя она входит в МВД. И вот за каждую службу компактную, высокооплачиваемую, ответственную должен нести ответственность один человек, а не некий министр, который руководит целой миллионной армией.
Р.КАРИМОВ: Это мнение Николая Зятькова, главного редактора газеты «Аргументы и Факты». На РСН реклама.
Р.КАРИМОВ: У нас в гостях, действительно, умный парень, главный редактор газеты «Аргументы и Факты» Николай Зятьков. Примем еще один телефонный звонок. 788-107-0. Здравствуйте. Как зовут вас?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Леонид, Москва. Я хочу сказать, извините, но я часто звоню и не могу дозвониться.
Р.КАРИМОВ: Но вот сейчас вы дозвонились.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да. Благодарю вас. Я проверил. Спасибо.
Р.КАРИМОВ: Отлично, хорошая проверка. 788-107-0 телефон прямого эфира. Здравствуйте. Как вас зовут?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Александр Петрович. Я из Подольска звоню. У меня к Николаю Ивановичу такой вопрос будет. Уважаемый Николай Иванович, сейчас на площади мы не можем собраться, что-то свое сказать, понимаете. Сейчас это все кончилось, эта самодеятельность. Хотя мы тогда: нашу станцию «Мир» не затопляйте; налоги на ЖКХ. Все это выпускали мы, а сейчас не можем встретиться.
Н.ЗЯТЬКОВ: Т.е. митинг или что вы хотите?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Хотим, чтобы с прокурором один раз в год где-то в клубе встретиться, чтобы мы задали ему вопросы. Например, с начальником милиции, вплоть с начальником Управления здравоохранения. Неужели нельзя людей собрать, чтобы там и депутат Облсовета был. Уж не губернатор, нам не до губернатора, но хотя бы мэр. Чтобы вопросы не накапливались, чтобы мы их решали как в своей семье, как положено.
Р.КАРИМОВ: Спасибо.
Н.ЗЯТЬКОВ: Действительно, сложнее получить возможность собрать митинг или какое-то другое объединение. Что я вам могу посоветовать. Через своего главу, если он у вас нормальный и разумный, действовать. Или второй вариант, писать на ту структуру, которая отвечает. Скажем, вот вы хотели с прокурором встретиться, нужно писать прямо на генерального прокурора, на Чайку. И изложить только конкретно, не вообще поговорить, встретиться, а есть такая-то проблема, хотели бы обсудить. И соответственно, потом можно там задать другие вопросы. И также по принадлежности к каждому начальнику.
Р.КАРИМОВ: И наверно лучше написать и в письменной форме, и через Интернет.
Н.ЗЯТЬКОВ: Конечно.
Р.КАРИМОВ: У нас в гостях главный редактор газеты «Аргументы и Факты» Николай Зятьков. Сейчас на РСН выпуск новостей. В Москве 16.34. У микрофона Рустам Каримов. Переходим к другой теме. И к вам вопрос будет, как к представителю СМИ. Причем, СМИ серьезного, имеющего не только бумажный вид и электронный тоже. Руководитель Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций Сергей Ситников назвал электронные СМИ ответственными за комментарии, которые пользователи оставляют на форумах, расположенных на их сайтах. Вы с этой информацией знакомы, с заявлением Ситникова?
Н.ЗЯТЬКОВ: Да, конечно.
Р.КАРИМОВ: Как вы считаете, это угроза, это угрожает именно электронным СМИ, которые специализируются только на электронном виде?
«Интернет-пространство это такая штука, которую, к сожалению, как раз получится невозможно запретить или остановить. Если только в целом, как это сделано в Китае, когда доступ строго ограничен»
Н.ЗЯТЬКОВ: Особой угрозы нет. Хотя, конечно, это дополнительная такая возможность выборочно кого-то приструнить или кого-то наказать. Т.е. сам по себе подход, если брать за основу то, что сказал господин Ситников, он правильный. Т.е., конечно, существуют вещи, за которые необходимо наказывать и которые нельзя размещать нигде: будь то бумажная версия, радио, телевидение или Интернет. И они все прописаны в законе. Это и разжигание национальной розни, экстремизм, призывы к терроризму, к свержению власти и т.д. Их не так уж и много этих пунктов. Хотя там, конечно, тоже есть толкования, что считать этим. Но более-менее сейчас это все проясняется. Вопрос в другом, что, да, делать нужно, но само законодательство не до конца четко прописано. Во-первых, не хватит сил и возможностей у службы, чтобы все промониторить. Во-вторых, срок, когда это сообщение появляется, он не точен. Нам было сказано, я слышал как раз по вашему радио, что в течение 8 часов соответственно он должен быть удален. Вроде бы лаг временной большой и может редакция как-то посмотреть, выудить. Но когда есть сотни тысяч обращений и точно понять, как бы они идут друг за другом, а вдруг на полминуты, на 20 секунд ты упустил. И уже ты попал, что называется «под раздачу». Я думаю, что это все как-то структурируется. Но ведь есть еще такая зона, которую не зарегистрировала себе СМИ, т.е. это не является сайтом какого-то бумажного или электронного издания, интернет-ресурс. Это не тот ресурс, который себя заявил как СМИ. Сейчас в добровольном порядке каждый может себя заявить и получать возможность как СМИ присутствовать на пресс-конференциях, соответственно, даже попасть в пул, даже президентский. Для этого, собственно, и регистрируются эти сайты. Но есть огромное количество тех самых интернет-ресурсов, где люди просто обмениваются, они не зарегистрированы. Т.е. наказать как бы некого, хотя есть за что. Вот что с ними будет. И дальше начинается еще большая проблема, которая заключается в том, просто я в курсе, мы в рамках Общественной палаты неоднократно это обсуждали, и когда депутаты или сенаторы говорят «нужно завинтить, закрыть, приструнить и т.д.», мы говорим «хорошо, нужно». Начинаем общаться с коллегами, которые работают в интернет-пространстве, они говорят «хорошо бы хорошо, но это нереально». Говорят: «ладно, мы вас не можем найти, мы тогда провайдера накажем. Вот он несет ответственность за то, что распространяется всякая чушь, грязь и т.д.». Те говорят: «ну хорошо, провайдера вы накажете, а если этот провайдер окажется на территории США или на оффшоре каком-то, не знаю, в соседней Литве и т.д. Как вы его закроете?». Тут надо понимать, что интернет-пространство это такая штука, которую, к сожалению, как раз получится невозможно запретить или остановить. Если только в целом, как это сделано в Китае, когда доступ строго ограничен. Поэтому важно, чтобы не получилось так, что мы законопослушных, тех, кто зарегистрировался, тех, кто на виду, будем контролировать и наказывать, а у тех, кто находится в серой зоне или вне доступности, будут руки развязаны и они-то как раз, в силу того, что они безнаказанны, будут нести всю эту грязь.
Р.КАРИМОВ: Ясно. Время нашей программы подходит к концу, но успеем принять один звонок. 788-107-0. Здравствуйте. Как вас зовут?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня зовут Илья из Москвы. Я хотел бы задать члену Общественной палаты вопрос. Каким образом помогаете вы ветеранам, которые не получили квартиры до сих пор? И каким образом воздействуете на нашу власть, которая только языком говорит, а законы никакие не выполняет? Вот дачную амнистию возьмем ту же самую, которая никоим образом не исполняется. И почему ни одного представителя в «Речнике» нет от вас, замалчивается эта тема?
Р.КАРИМОВ: Спасибо, Илья, за вопрос.
Н.ЗЯТЬКОВ: Не могу за всю палату отвечать. Но могу сказать, что касается предоставления ветеранам жилья, и на страницах «Аргументов и Фактов», и в рамках Общественной палаты мы критиковали местные власти. Позиция моя лично и газеты следующая, что дотянуть до 65-летия Победы в Великой Отечественной войне и при этом говорить, что часть у нас людей еще не имеет квартир, придумать какие-то входные, временные рамки: кто-то не зарегистрировался до какого-то времени, поэтому он не попадает в очередь, на самом деле это преступно и безнравственно. Поэтому на всех встречах, которые бывают с вышестоящим руководством московскими или федеральным, мы это ясно озвучиваем. Но мы общественная структура, мы делаем в рамках того, что возможно. Если бы была совместная, скажем поддержка, она и существует, в том числе и ветеранских организаций. У нас работает замечательная комиссия во главе с Каньшиным, которая ведет активно эту работу. Здесь нужно объединяться всем. Потому что опять же, если вы слушаете нашу передачу с самого начала, есть некий разрыв. Т.е. то, что докладывают президенту, премьеру или даже мэру – это одно, а то, что мы с вами знаем, реальных людей, которые еще не получили, но которые по каким-то причинам не попали вот в эти списки – это другая картина. И наша задача эту проблему обнажить и этих людей защитить. Вот над этим, собственно, мы и работаем.
Р.КАРИМОВ: Николай Иванович, тогда последний вопрос. Короткий ответ, если можно. Прислушиваются ли к мнению Общественной палаты вышестоящие?
Н.ЗЯТЬКОВ: Да.
Р.КАРИМОВ: Как часто?
Н.ЗЯТЬКОВ: Мы смотрим практически все законы. К сожалению, нам еще не дано право эти законы «заворачивать» что называется, но по каждому закону пишется экспертное заключение, где мы, стоя на позициях нормального человека, массового, среднего, не просто чиновника из министерства, который, может, и свои там какие-то интересы лоббирует, мы указываем, что вот эти пункты они не подходят. Это то, что касается законодательных вещей. Проявляем инициативу, соответственно. Я не беру такие акции, которые были у всех на виду, когда члены Общественной палаты пытались защитить от сноса здания, солдат, над которыми издевались и т.д. Это такие видимые моменты и они показывались по телевидению. Идет постоянная работа по многим-многим направлениям, т.е. существуют эти комиссии. В принципе, слушают. Это новый инструмент, который набирает авторитет. И вот сейчас третий состав формируется, по 2 года там люди работают. Это просто общественники. Это не ангажированные, не оплачиваемые, без всяких привилегий люди, которые в свое свободное время или частично в рабочее занимаются тем, чтобы улучшить жизнь.
Р.КАРИМОВ: Спасибо, Николай Иванович за ответ. Напомню, у нас в гостях был главный редактор газеты «Аргументы и Факты» Николай Зятьков. Николай Иванович, спасибо, что пришли.