«С.ДОРЕНКО: «Украинцы получили деньги на оплату газа и транзита. Но, понятное дело, что украдут. И понятное дело, что нас же потом сделают виноватыми»
М.АНДРЕЕВА: 16 часов 3 минуты в Москве. В студии "Русской службы новостей" Мария Андреева. Добрый день. Сегодня у нас в эфире Сергей Доренко, главный редактор "Русской службы новостей". Сергей, здравствуйте.
С.ДОРЕНКО: Здравствуйте. Я 40 минут продержусь в качестве умного, а, нет?
М.АНДРЕЕВА: «Умный парень» Сергей Доренко, Вы знаете, коммунисты, ваши коммунисты, предложили Медведеву опереться в борьбе на них и создать некий патриотический фронт.
С.ДОРЕНКО: Вот это – забавно. Я вспоминал сейчас, готовясь к передаче, и предвосхищая этот вопрос отчасти, я вспоминал, когда власть в России менялась таким образом, чтобы полностью, до корня, выворачивала старую власть и выбрасывала. И вспомнил только 17-й год. Правда, я не знаю, как вы вспоминаете?
М.АНДРЕЕВА: 17-й, да. Больше ничего подобного нет.
С.ДОРЕНКО: Вот так, чтобы совсем под корень уничтожалась власть. И всегда в России власть наследуется. Даже если наследный принц убивает предыдущего царя, даже если в результате дворцового переворота приходит внук Екатерины на место Павла, то все равно на нем некая сакральность, некая кастовость. То есть, он готов к власти. И вот, коммунисты очень интересно последовали этой русской традиции. Они не хотят побеждать сами, они хотят выбрать. Вот, на пленуме они выбрали, по существу, наследного принца, принца крови, принца при дворе, принца уже около трона, практически. Потому что сакральность русской власти по-прежнему на Путине, полагают коммунисты. И они выбрали такого наследного принца, которого пытаются склонить на свою сторону и сделаться его перспективным отрядом, некой, коль угодно, просвещенной опричниной. Они предлагают себя в этом качестве, да?
М.АНДРЕЕВА: Подождите, это же странно, если это оппозиционная всегда была партия, оппозиционная власти. Теперь она предлагает некое сотрудничество.
С.ДОРЕНКО: А, смотрите, кто предлагал некое сотрудничество Медведеву отдельно от Путина. Давайте просто вспомним. Началось с Обамы. Обама дал интервью, в котором подчинял роль Медведева. Обама уже здесь говорил, что мы с Медведевым возглавим комиссию, и пусть Путин выполняет. Это Обама, раз. Второй человек, который опирался только исключительно на Медведева, и, оттеняя, что это только Медведев, а остальные пусть отдохнут, – это Юргенс. Ну, Юргенс, Гонтмахер и так далее – ИНСОР. Третий – это Лукашенко. Лукашенко сказал, что Путин плохой, Медведев хороший. Итак: Обама, Юргенс, Лукашенко. И теперь Зюганов. Обама и Зюганов – есть двусмысленность. Но совсем уж, Маша, я подумал, хорошо глумиться, хорошо смеяться, удобно и выгодно смеяться. А когда и в какой момент они уловили, что ли, какое-то дыхание, что это возможно, почему?
М.АНДРЕЕВА: Это – вопрос.
С.ДОРЕНКО: У меня есть ответ. Потому что Путин выступил несколько раз, вполне четко обозначив, что он против сменяемости кадров. А это отнимает надежду на социальные лифты, на сменяемость, вообще, как таковую. Медведев несколько раз дал понять, что он за сменяемость и за социальные лифты. Его «президентская тысяча» – это раз. С его снятиями чиновников за нарушения, как, например, МВД Тувы. За нарушения подчиненных снимаются начальники и так далее, как Пронин, условно говоря, в Москве. Медведев даль понять – не однажды, а несколько раз – что он, во-первых, за персональную ответственность, следовательно, за сменяемость. А, следовательно, можно расти, не дожидаясь, пока умрут начальники. Потому что путинская концепция профессионального роста – людей находят однажды и дальше уже воспитывают на этом месте десятилетиями. И ты должен ждать, когда они умрут. Ну, а вдруг они не умрут долго? А в медведевской концепции, кажется, сменяемость более частая, во-первых. Во-вторых, он вообще призывает к социальным лифтам, движухе какой-то персональной. И тут Зюганов в качестве вот этого молодого кадра, молодого члена «президентской тысячи» кричит «я, я, я тоже, я». Немножко комично, но немножко ожиданно.
М.АНДРЕЕВА: С надеждой на то, что в будущем Медведев приблизит Зюганова, оставит ему определенное место.
С.ДОРЕНКО: Конечно. Но, вообще-то говоря, вот эта попытка поссорить Медведева с Путиным, она, конечно, невероятно женская.
М.АНДРЕЕВА: Насколько вы разделяете эти концепции? Вы говорите: в медведевской концепции так, в путинской так. А насколько в представлении обычного, рядового…
С.ДОРЕНКО: Это не политическая разница.
«Путин и Медведев дали понять, что в кадровой работе они опираются на разные принципы. Путин, однажды назначив, после этого человека воспитывает на этой должности, никогда не сменяя. А Медведев, наоборот, говорит – годен, не годен, временно годен, динамическая стабильность каждого чиновника»
М.АНДРЕЕВА: Насколько они едины или различны в представлениях людей?
С.ДОРЕНКО: Маша, это не политическая разница. Путин и Медведев дали понять, что в кадровой работе они опираются на разные принципы. Путин, однажды назначив, после этого человека воспитывает на этой должности, никогда не сменяя, пока тот не умрет. А Медведев, наоборот, говорит – годен, не годен, временно годен, динамическая стабильность каждого чиновника. И это второе, но не политическое различие. Кстати говоря, это и дискредитирует всех стяжателей и аспирантов. Потому что они говорят: мы готовы на любых условиях войти во власть, мы готовы на любых условиях удружить новому наследному принцу. И у нас, вообще говоря, таким образом, нет политики. Извините, они таким образом дают понять, что они движимы карьерными, а не политическими интересами. Вот в чем разница – они нашли карьерные различия. Различия в подходах к карьерному росту, между Путиным и Медведевым. И здесь пытаются играть. Причем играть дико по-женски. Я очень хорошо помню, как это было в посольствах Советского Союза и в посольствах Российской Федерации за рубежом, когда жены пытались ссорить дипломатов. Знаете, «тебе подали не ту машину, ты заставишь себя уважать, однажды ты должен поставить себя, ты должен дать понять, что с тобой шутки плохи» и так далее. Вот этот женский подход, попытки поссорить двух мужиков. И я вижу, как обступили Медведева, пока ищут слабое звено в нем. Обступили всевозможные евнухи, женщины, которые говорят «ты должен заставить себя уважать, ты уже не мальчик, ты должен научиться поставить себя, с тобой так разговаривают, тебе подали не ту машину» и так далее. Здесь немножечко все склочно-кухонно.
М.АНДРЕЕВА: Это определенная смелость своего рода. А что дает им повод думать, что это все-таки люди, которые действительно борются, и что они на разных сторонах?
С.ДОРЕНКО: Нет, это вообще ничего не дает. Вот ровно нет причин никаких, кроме вот этих подходов кадровых, которые различны. И действительно различны у Путина и Медведева. Кроме того, что все, кто борется за этих людей по-разному, пытаясь их размежевать вот здесь, в кадровой политике. Изобличают, что… на политику им плевать… Если я политик и у меня есть политика, например, чего угодно, например, я тупоконечник или остроконечник, я бью яйца с острой стороны. Я должен сказать, что пока эти оба, бьющие с тупого конца, Медведев с Путиным, не освободят мне трон или, я не знаю, что, я ни на каких условиях иных не соглашусь, как только на своих. Нет, все, кто стяжает место у медведевского трона, изобличают в себе отсутствие всякой политики. Они говорят: нам плевать, как политика. Добренький, хороший, нам плевать, приблизь нас. Вот здесь анекдотичность.
«Я бы дико улыбался и сказал, что «я так и знал», если бы узнал, что что-нибудь около девяти вечера Медведев звонит Путину и говорит “Владимир Владимирович, слушай, сегодня тебя еще этот сдал и этот сдал”. А Владимир Владимирович говорит “Дмитрий Анатольевич, ну, ты там на карандаш их возьми”»
М.АНДРЕЕВА: А что впоследствии может быть, реакция какая? Реакция самого тандема должна же последовать.
С.ДОРЕНКО: Я бы дико улыбался и сказал, что «я так и знал», если бы узнал, что что-нибудь около девяти вечера Медведев звонит Путину и говорит «Владимир Владимирович, слушай, сегодня тебя еще этот сдал и этот сдал». А Владимир Владимирович говорит «Дмитрий Анатольевич, ну, ты там на карандаш их возьми». Я абсолютно убежден, что они продолжают…
М.АНДРЕЕВА: Вы такого не исключаете?
С.ДОРЕНКО: Я не только не исключаю, я думаю, что это высочайшим образом вероятно. Что все, кто бегает к Медведеву сдавать Путина, Медведев что-то около девяти вечера звонит Путину и говорит «Владимир Владимирович, сегодня прибегали эти, эти и эти». А тот говорит «Ты помечай где-нибудь карандашиком». Это очень смешно.
М.АНДРЕЕВА: Сергей Доренко, главный редактор Русской службы новостей сегодня умный парень. Прервемся на рекламу. Потом продолжим.
М.АНДРЕЕВА: Сергей Доренко в эфире Русской службы новостей. Сергей, еще одна новость про тандем. Социологи отмечают снижение рейтинга и Путина, и Медведева.
С.ДОРЕНКО: «Левада» и ФОМ, это вместе, да. И в этом смысле это интересно. Я слежу всегда за ФОМом традиционно. Как-то уж прикипел я к ФОМу, я за ним слежу уже 13 лет. Я уже привык к Александру Ослону. Я смотрю все время Ослона. Ну, так почему-то, вопреки здравому смыслу, привык. И у него, да, тоже падение рейтинга. Понимаете, в чем дело: говорил с социологами – не об этом, говорил о рейтингах РСН. Потому что в одну неделю 6,5, а в другую 4,7, например. Мне говорят: кроме трехмесячных трендов еженедельный не смотри вообще. Еженедельный нельзя смотреть, потому что непонятно, кого обзванивали. Обзванивают по стационарным домашним телефонам. Слушатели, которые в машинах… каких-то бабушек там опрашивают, какая-то ерунда, это точно не показатель. Ладно, неважно.
«Cо стороны друзей Путина я бы, скорее, беспокоился не о том, что рейтинг был 72, а сделался 66, а я бы беспокоился, что он тревожно большой. Потому что такой большой рейтинг – это уже как влюбленность»
С.ДОРЕНКО: Но, с другой стороны, да, кивок виден. Он небольшой – 72,66, по-моему, у Путина поддержка. Но я напомню вот что, друзьям Путина рано печалиться, врагам Путина рано радоваться, потому что, я напомню, Путин пришел к власти премьером Российской Федерации в августе 99-го года, с рейтингом полтора процента. Ровно – 1,5. Путин пришел к власти уже в декабре, когда побеждает «Единство» на выборах, 12 декабря 99-го года, с рейтингом, и далее с рейтингом ФОМа, с ослоновским рейтингом, 38 процентов. Чтобы было понятно, что такое 38 процентов – 38 процентов от населения страны это более 50 процентов выборщиков. А там очень важно, потому что ходят не все. Ходят не все. И 38 процентов доверия, если этот кандидат баллотируется, неважно, кто – крокодил Гена, неважно, кто – например, Маша Андреева баллотируется. У Маши Андреевой 30 процентов доверия. Это высочайшим образом означает, что от 45 до 50, я бы сказал так: если у Маши Андреевой есть 30 процентов доверия от населения, то от тех, кто пойдет голосовать с учетом, что она (Маша Андреева) баллотируется, это 45-50 процентов. То есть вы проходите в первом туре или нет, с 30. С 38 вы железно проходите в первом туре. Если вы имеете не 38, а 66, то вы просто закрыв глаза, ежеминутно проходите в первом туре. Это чертовски много. И со стороны друзей Путина я бы, скорее, беспокоился не о том, что рейтинг был 72, а сделался 66, а я бы беспокоился, что он тревожно большой. Потому что такой большой рейтинг – это уже как влюбленность. Это трудно рационально объяснить. Вот с какого лиха он такой большой? Это похоже на влюбленность. Ну, что, повлюблялись все? И почему это плохо: потому что кто влюбился – разлюбит. Каждая вещь, дойдя до предела, превратится в свою противоположность. И хорошо, если мягко разлюбит. Но это может обрушение быть. Вот здесь опасность. Поэтому я бы тревожился из-за слишком высоких рейтингов. Я бы считал рабочим, нормальным рейтингом человека, который принимает решения, делающего, в том числе людям больно, и счастья дающего и несчастья, я бы считал рабочим рейтингом, хорошим таким, ломовым, обеспечивающим победу в первом туре – 38-45. 66 – плохой рейтинг, слишком большой, очень большой, тревожно большой. Ну, кроме этого, вообще говоря, понедельные рейтинги смешно, надо смотреть тренд месяца за три.
М.АНДРЕЕВА: А почему вы только Путина рассматриваете?
С.ДОРЕНКО: А что Медведев, напомните цифру.
М.АНДРЕЕВА: У Медведева с 62 до 56.
С.ДОРЕНКО: Ослон как объясняет, я читаю его интервью. Он объясняет это: техника опросов, потому что они опрашивают 1600 человек в 40 с лишним регионах России, раз на раз не приходится и все такое. Бедный Ослон теперь вынужден извиняться за науку. У него погрешность 3 процента там написано. Это, может быть, в тот раз 3 процента было в плюсе погрешность, а теперь 3 процента в минусе. И тогда, говорит Ослон, это вообще то же самое. Надо посмотреть тенденцию. Дайте хотя бы три недели, лучше три месяца. Вот если я тенденцию увижу, я скажу, я буду аплодировать, если будет рабочий рейтинг правильный около 40 процентов. И у Медведева, и у Путина. Поймите, не надо влюбляться. Влюбленность чревата. Не надо влюбляться. Потому что это функции. Вообще говоря, и президент, и премьер – это функции, это не женихи никакие. Есть функция «премьер». Она функция рабочая, для нас выгодная. Поэтому мы говорим: ну, ничего, пусть будет премьером. Это функция. Если вы любите функцию, будто это жених, то тогда, ребята, примите чего-нибудь, я не знаю, брома, тазепама.
М.АНДРЕЕВА: Вы считаете, что больше их как женихов рассматривают?
С.ДОРЕНКО: А я не понимаю, с какого вдруг бодуна 70 процентов. Объясните мне, это что? Это любовь какая-то совсем уже женская.
М.АНДРЕЕВА: Не за что?
С.ДОРЕНКО: Тогда не надо их считать функциями. Вы для себя определитесь. Вы хотите замуж за них или чего? Если это функция, рабочая функция, то нужно просто прикинуть, насколько они вам и вашим семьям выгодны. Нужно как-то практичнее относиться.
М.АНДРЕЕВА: А вы не допускаете, что 72 процента опрошенных считают, что именно этот вот человек выгоден?
С.ДОРЕНКО: Вы смотрите, как летит все время. Там же начиналось, я помню Путина, с 38 процентов у Ослона. Побеждающим в первом туре. 38 – это победа в первом туре. Потому что приходят не все. Все дико просто. И если 70, я считаю это нездоровым, великим, слишком большим рейтингом, основанном на любви, на любви и восхищении. А я бы призывал людей вообще всех относиться к политикам функциональнее, практичнее. Не надо влюбляться. Ну что вы, хотите замуж за него все?
М.АНДРЕЕВА: Такой вот совет от Сергея Доренко. Я напомню наши контакты, и уйдем на рекламу. +7-925-101-107-0 – номер для ваших смс. 788-107-0 – телефон прямого эфира. Можно также связаться с нами и задать вопрос Сергею Доренко через сайт rusnovosit.ru, там есть такая кнопка «задать вопрос в прямой эфир». Пауза небольшая.
М.АНДРЕЕВА: Сергей Доренко - умный парень сегодня у нас в эфире Русской службы новостей. Сергей, давайте чуть переместимся на Украину. Оттуда много новостей и не очень хороший – там эпидемия свиного гриппа, больше 60 человек…
С.ДОРЕНКО: Трупов, 60 уже трупов.
М.АНДРЕЕВА: От свиного гриппа не так много, от обычного гриппа. И вот сейчас они обратились за помощью, просят помочь международное сообщество, к другим странам, соседним в первую очередь. Появилась такая версия: что на самом деле вся эта паника вокруг гриппа – это, скорее, нечто предвыборное, предвыборная акция такая. Что теперь якобы президент действующий, Ющенко, может это как-то использовать в своих интересах. Ввести что-то вроде чрезвычайного положения, и это как-то скажется на выборах.
С.ДОРЕНКО: Я думаю, что к теории заговора нужно всегда внимательно относиться. Обязательно, точно, нужно внимательно выслушивать все теории заговора. Только я призываю всех на основе опыта, моего, в том числе опыта, при вопросе «глупость или измена», то есть заговор или обычная халатность, глупость, раздолбайство, отвечать «глупость». Потому, скорее всего, мы наделим происходящее какими-то чертами заговора, чертами детерминизма, какой-то воли, стоящей за событиями. Но, на самом деле, поверьте, я знаю, скорее всего, дело в глупости, дело в халатности, дело в развале, деградации медицинской системы.
«В России как бы тоже украдено, но в России всего так сытно и много, что украдено и еще и осталось что-то. И в этом роскошь России»
М.АНДРЕЕВА: На Украине.
С.ДОРЕНКО: Конечно. Все разворовано, все украдено. В России как бы тоже украдено, но в России всего так сытно и много, что украдено и еще и осталось что-то. И в этом роскошь России - что нам хватает кормить кучу тунеядцев всевозможных, пиявок.
М.АНДРЕЕВА: Можно красть, и еще все-таки остается.
С.ДОРЕНКО: И что-то остается. И, кроме того, поражена Западная Украина, главным образом, потому что как раз западные украинцы, они навроде среднеазиатских наших гастарбайтеров, они тоже по баракам где-то в Австрии, по баракам в Чехии живут, по восемь человек на полу. И они потом таскают оттуда все, в антисанитарных условиях живут, в Польше, таскают все это на свою Западную Украину. И это немудрено. Я думаю, что Ющенко как-нибудь это использует, конечно. Как-нибудь, да обязательно использует.
М.АНДРЕЕВА: Но первопричина – не он?
С.ДОРЕНКО: Нет, первопричина всегда глупость. Всегда, когда здесь, на наших широтах, ищете причину в заговоре и восклицаете «глупость или измена», ответ всегда «глупость».
М.АНДРЕЕВА: И еще одна новость с Украины. Мы вообще как-то ждем все время от Украины неожиданностей, все время гадаем, оплатит она за газ или не оплатит. Вот вроде как опять не оплатят. Путин предупредил, он провел телефонные переговоры, Швеция, которая сейчас председательствует в ЕС, предупреждена о том, что могут возникнуть проблемы. Как вы думаете, это экономика или политика?
С.ДОРЕНКО: Это попытка Путина не стать виноватым 1 января. Дело в том, что Путин привычно знает, что 1 января он все равно будет виноват, и он заранее… Конечно, они всегда не оплачивают, потом оплачивают, потом типа 25 декабря приезжает Тимошенко сюда, о чем-то договаривается. Все эти договоренности мгновенно пускаются по ветру и так далее. Вот Путин знает, что 1 января он точно будет виноват. И в этой связи, я думаю, он сразу уже начинает жаловаться, потому что один черт, мне быть виноватым, все равно не заплатят, все равно газ перекроем, все равно у них в хранилищах нет ничего, денег нет. Деньги-то они получили. Они же получили деньги. Но в этот момент Путин выступает такой злобной тещей, которая хочет проследить, чтобы этот подонок донес деньги до дома, а не пропил по пути. Потому что он пытается соблюсти, чтобы не разворовали украинцы. И вот его хлопоты отсюда, из Москвы, он хлопочет и Европу призывает в свидетели. Говорит: смотрите, они только что получили деньги, следите (как за наперсточниками на вокзале) за руками.
М.АНДРЕЕВА: Сейчас было бы выгодно следить Тимошенко…
С.ДОРЕНКО: Нет, они сейчас все прахом пустят. Украина отпиарится таким образом… так выйдет, что Путин виноват. Все равно как, я не знаю, почему.
М.АНДРЕЕВА: По определению.
С.ДОРЕНКО: Ну конечно. Украина все время будет несчастной, растерзанной и прочее. Путин все равно будет виноватым, зловещим, кровавой гэбней. Он заранее, это предвкушая, чувствуя вкус соли на губах, он просто заранее жалуется на судьбу свою проклятую. Украинцы получили деньги на оплату газа и транзита. Но, понятное дело, что украдут. И понятное дело, что нам быть виноватыми потом в конце.
«Когда украинцы обещают заплатить за газ, в этом не всегда подлость. В этом часто некая душевность, некая полнота сердца. Они обещают, потому что вы хорошие люди, почему вам не пообещать, господи»
М.АНДРЕЕВА: То есть проблемы точно будут. А все обещания, которые раньше были, в том числе заявления Тимошенко о том, что она хочет отметить Новый год дома…
С.ДОРЕНКО: Поймите, украинцы обещают не потому, что… украинцы действительно от широты души часто обещают. Я сейчас объясню национальный характер. Украинцу трудно говорить «нет». И если вы хороший человек, то он вам обещает, чтобы вы его не доставали. Пристаньте ко мне и скажите, что этот лист черный, например. Я на какой-то момент скажу «шо она ко мне пристала, она шо-то хочет, я не пойму, чтобы я сказал, что он черный, так он черный». Другое дело, что я не собираюсь из этого делать никаких выводов. Украина в этом смысле часто обещает от душевного порыва, от широты, от полноты сердца. Поэтому когда они обещают заплатить за газ, в этом не всегда подлость. В этом часто некая душевность, некая полнота сердца. Они обещают, потому что вы хорошие люди, почему вам не пообещать, господи. Понятно, что денег нет, понятно, что никогда не будет, понятно, что не заплатим, понятно, что даже и мысли такой не было. Но вы такие классные… Вот я смотрю, у тебя голубые глазки, и она хочет, чтобы я заплатил за газ, так я заплачу. Другое дело, что нет денег и нет намерения платить. Но это очень по-украински.
М.АНДРЕЕВА: А вот эта версия - что если будут проблемы, будто бы это действующий президент пытается вбить клинья в планы Тимошенко - она имеет право на существование? Если вдруг Украина не выполнит свои обязательства, то это скажется так или иначе на рейтинге премьер-министра Украины.
С.ДОРЕНКО: Сражение двух женщин – супруги президента Ющенко и Юлии Владимировны Тимошенко – я все-таки считаю, что хитрее, умнее и подлючее, безусловно, Юлия Владимировна. Если все-таки мадам Ющенко, которая, по-моему, Григоренко, девичья фамилия, Катерина Ющенко, и Юлия Тимошенко – сравним их боевой потенциал такой, то я откровенно, лично не знаком с Катериной Ющенко, я знаком с Юлией Владимировной, я точно знаю, что Юлия Владимировна сожрет в бою, в бою этих двух самок, сожрет Катерину Ющенко. Если мы оценим потенциал этого мужа, который представлен к этой жене, все-таки Тимошенко злее, сильнее и боевитее.
М.АНДРЕЕВА: У Ющенко нет шансов.
С.ДОРЕНКО: Ну, никаких. Даже при поддержке столь мощной женщины как Катерина Ющенко.
М.АНДРЕЕВА: Вы полагаете, она очень влиятельная особа?
С.ДОРЕНКО: Она дико влиятельная. Все, кто знает в украинской политике хоть что-нибудь, знают, что это сражение не мужчины и женщины, это сражение двух женщин. Тимошенко и Ющенко – это две женщины. Они сражаются. Это две такие Зены.
М.АНДРЕЕВА: Все-таки все решают женщины в политике. Сергей Доренко в эфире Русской службы новостей. Еще раз напомню контакты +7-925-101-107-0 – для смс. 788-107-0 – телефон прямого эфира. После информационного выпуска мы продолжим, и будем принимать ваши звонки и ваши вопросы.
М.АНДРЕЕВА: Сергей Доренко, главный редактор Русской службы новостей в прямом эфире. Сергей, мы говорили об Украине. Алексей присылает: «Вы так уж Ющенко не списывайте со счетов. У Ющенко есть шанс стать первым кавалером Украины, если он женится на Юлии».
С.ДОРЕНКО: Нет, Юлия Владимировна не такова. Она таргетирует точнее и выше.
«Для меня поразительно то, что Павел Лунгин представил историю России глазами митрополита. То есть именно глазами церкви, которую Иван Грозный последовательно уничтожал»
М.АНДРЕЕВА: Между прочим, уже много претендентов на ее руку. У нас Алексей Митрофанов тоже очень хорошо отзывается о Юлии. Из области культуры новость меня потрясла: союз православных хоругвеносцев хочет выступить против премьеры фильма «Царь». С сегодняшнего дня в кинотеатрах этот фильм идет. Они считают фильм заговором против России.
С.ДОРЕНКО: Вот это удивительно. Я смотрел в монтаже, еще ходил в монтажную на «Мосфильм», когда Павел Лунгин монтировал. Для меня очень интересна его работа, я так, знаете, лез в душу, все время расспрашивал, как он видит, какие документы он изучает. И для меня поразительно то, что Павел Лунгин представил историю России глазами митрополита. То есть именно глазами церкви, которую Иван Грозный последовательно уничтожал, которую последовательно душил. Ну, ясно, что он виновник гибели и убийца митрополита всея Руси Филиппа, которого сыграл Янковский. И попытка глядеть глазами православных на царя Грозного, попытка глядеть глазами митрополита на царя Грозного, митрополита, который потерял жизнь в этом противостоянии, - вот эта попытка вызывает гнев хоругвеносцев. Что говорит о том, что хоругвеносцы, в общем, не православием заняты. Они заняты совершенно другой какой-то игрой. Не знаю, как эта игра называется. Но это не игра в православие, нет. Это хоругвеносцы, которые какие-то другие хоругви носят.
М.АНДРЕЕВА: Почему вдруг Павел Лунгин? Другие фильмы у них не вызывали противоречий, на мой взгляд, гораздо более спорные, так скажем. И вдруг сейчас.
С.ДОРЕНКО: Я думаю, они наделяют Лунгина какой-то попыткой либеральной критики кровавого царя, кровавого деспота и, в общем, параноика, шизофреника очевидного. Человека, который учинил гражданскую войну и истребил огромное число людей русский. Огромное, гигантское число людей русских. Но я бы понял, если бы хоругвеносцы ополчились против либеральной критики, такой, знаете, общечеловеческой правовой критики, если бы Лунгин критиковал с точки зрения буржуазного гуманизма действия Грозного. Но Лунгин-то ровно с церковной точки зрения, Лунгин заходит, глядя глазами Филиппа, митрополита, которого Грозный убил. И вот здесь парадокс. Здесь, казалось бы, что православные не могут быть против собственного митрополита. Православные не могут быть против своего первосвятителя и человека, который, с точки зрения веры христовой, противостоял Ивану Грозному. Но вот чудеса русские – могут, да, православные могут быть против собственного митрополита. Православные хоругвеносцы и сегодня убили бы митрополита Филиппа. Туда ему и дорога, нечего выступать против деспота кровавого, шизофреника, параноика, палача реального, который сына своего водил наслаждаться видом казни в подвалы. Он не только сам ходил отвести душу в казнях, отвести душу в зрелище мяса человеческого, но и ребенка своего водил, чтобы тот привыкал, дитятко, к виду мясного магазина такого из собственных друзей и так далее. И вот это хоругвеносцам кажется нехорошо. Стыдно об этом говорить, что он убил митрополита.
М.АНДРЕЕВА: Мы еще будем пытаться выяснить, что же побудило их… они сегодня митинг устраивают, кстати, у кинотеатра. Об этом наш корреспондент расскажет в прямом эфире Русской службы новостей. 788-107-0. Остается не так много времени, и если у вас есть вопросы к Сергею Доренко, главному редактору Русской службы новостей, вы набираете этот номер. Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Александр. Сергей, а можно у вас узнать, появится Никита Кричевский когда-нибудь вновь?
С.ДОРЕНКО: Я сейчас отвечаю на политические вопросы. Это надо у него узнавать.
М.АНДРЕЕВА: Это не «Час главного редактора», сегодня Сергей Доренко «Умный парень», он актуальные события комментирует и разъясняет нам. Алло, здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Людмила. Я просто хочу сказать, что не надо придавать серьезного значения таким организациям, как православные хоругвеносцы, потому что в православной церкви нет такой организации. Есть миллионы организаций, которые, используют православную символику, используя православное… даже не мировоззрение (они на это не способны), а просто есть куча организаций, которые абсолютно каким-то невежественным образом используют само название православия. И эти хоругвеносцы не имеют ровно никакого отношения к православию.
С.ДОРЕНКО: Понимаете, но это их прочтение. Как вы справедливо сказали, православие – это если не океан, то море, море людей, море течений и море различных взглядов…
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, православие – это не море. Это очень конкретное…
С.ДОРЕНКО: Море. Люди, которые сидели в пензенских пещерах, тоже объявляли себя православными.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Не были. Потому что православие имеет совершенно четкие догматические определения. Эти люди под эти определения не попадали.
С.ДОРЕНКО: Сами себя же называли так. Спасибо вам огромное. Я абсолютно с вами согласен. Но они сами себя так называют, а мы вынуждены им верить. Когда первые люди приехали и спросили, не знаю, какое-то племя, «а вас как звать», они говорят «ирокезы». Ну, значит, ирокезы. Этих спросили «вы кто?». Они говорят «мы православные хоругвеносцы». Ну, а как теперь их называть.
М.АНДРЕЕВА: С вашей точки зрения, это некая пародия?
С.ДОРЕНКО: С моей точки зрения, это дикость. Потому что в этом фильме главную правду моральную…
М.АНДРЕЕВА: Нет, а если мы говорим вообще об организации.
«Думаю, будучи латентными гомосексуалистами, они гоняются за пассивными гомосексуалистами. В какой-то момент они теперь выгораживают Ивана Грозного»
С.ДОРЕНКО: Знаете, организация, которая гонялась за гомосексуалистами. Я думаю, будучи латентными гомосексуалистами, они гоняются за пассивными гомосексуалистами. В какой-то момент они теперь выгораживают Ивана Грозного. При этом я не помню, чтобы он был гомосексуалистом, с какой стати, не понимаю, неважно. Здесь другое дело, что в этом фильме правда, русская правда, сказана митрополитом Филиппом, которого замучил этот диктатор. И эту правду хорошо бы услышать.
М.АНДРЕЕВА: Мы успеем принять еще один звонок. 788-101-0. Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Сергей. Я родился и вырос на Украине. Сейчас волею судеб живу в Москве. И у меня был свой бизнес на Украине. И вот сейчас, смотря на то, что происходит на Украине, мне хотелось бы задать вопрос: как вы смотрите на раздел Украины?
С.ДОРЕНКО: Я против насильственного раздела. Я просто сам, когда я гляжу за галитчан, на захиденцев, для меня они кажутся диковинными людьми. И вспомнил я историю, когда входила Красная Армия туда в 39-м, как они резали поляков и евреев сладостно. А когда вошли немцы потом в 41-м, они опять резали поляков, русских и евреев сладостно. Они какие-то совсем странные. Знаете, даже их осуждали немцы в свое время за зверства в Польше. То есть они нанимали этих полицаев украинских, именно из захиденцев, западенцев, и они изумляли даже немцев своими зверствами. Их как-то надо изучить и понять природу их зверства абсолютного. Я не думаю, что надо делить что-то искусственно. Но я только понимаю, что они точно не похожи на братьев. Братья в центре Украины, наши братья. Братья на востоке Украины, на юге Украины, - наши братья точно. А вот эти захиденцы – они разновидность твари, которую я не могу постичь. Мне как-то страшно от них.
М.АНДРЕЕВА: Сергей, последний вопрос, можно, от меня. Естественно, предвыборная кампания на Украине идет. Мы обсуждали в эфире, нужно ли делать ставку на кандидата или не нужно. В любом случае, как бы мы себя ни вели, нас всегда на Украине будут воспринимать как своего рода такую империю, которая хочет контролировать ситуацию.
С.ДОРЕНКО: Мы должны контролировать.
М.АНДРЕЕВА: Нам не нужно избавляться от этого имиджа?
С.ДОРЕНКО: Нам нужно сделать две вещи, абсолютно точно. Россия велика. И в своем величии она должна сделать две вещи. Во-первых, ставить на нескольких кандидатов сразу, сделав их зависимыми от нас. Во-вторых, быть привлекательным центром власти, к которому иные народы будут припадать с охотой и желанием. Не силком, а с охотой и желанием. И нам надо в этот момент быть величественными, но не суетливыми. Нам надо помнить о величии тысячелетней России. Она должна быть как ледокол – величественна и огромна, так, чтобы другие народы просились быть рядышком. «Можно, мы рядышком постоим?» - вот так. Чтобы не выглядело, что мы через силу пытаемся изнасиловать, где-то облапать в лифте. Этого не должно быть ощущения. Это ужасно. Поэтому не надо лезть и приставать. Надо быть такими, чтобы рядом с тобой хотели быть.
М.АНДРЕЕВА: Сергей Доренко, главный редактор Русской службы новостей был сегодня у нас в программе «Умные парни». Сергей, вам огромное спасибо.
С.ДОРЕНКО: Спасибо вам.