Ю.БУДКИН: Это программа «Позиция». Наш гость сегодня – председатель Комитета Госдумы по регламенту и организации работы Государственной Думы Отари Аршба. Атари Ионович, добрый вечер.
О.АРШБА: Добрый вечер.
Ю.БУДКИН: Первая тема, которую мы будем обсуждать, это то, что некоторые журналисты называют прогулами в Государственной Думе. Эта ситуация, вообще, на самом деле начинает отдавать абсурдом. Пытаются за депутатами установить жёсткий контроль. Многие тем временем говорят, что место депутата на самом деле не столько в думском зале, а в кабинете или на встречах с избирателями. Так вот, прав, считают некоторые, тот, кто говорит: главное в депутатской деятельности – работать, а сидеть в зале – это не главное. Ваша позиция.
О.АРШБА: Во-первых, здравствуйте все. Я считаю, что если существует озабоченность в обществе и в средствах массовой информации, как минимум надо разъяснить эту ситуацию и снять эти вопросы, эту озабоченность. Я категорически не согласен с терминами «прогулы», потому что на депутатов не распространяется трудовое законодательство, и у депутатов нет работодателя в прямом смысле этого слова. Наш работодатель как бы наш избиратель, т.е. народ и ему решать, прогуливаем мы или не прогуливаем. К сожалению, должен согласиться, что озабоченность имеет право на существование. Но существующий формат, т.е. положение закона о статусе и существующие нормы регламента позволяют передавать право голоса своим коллегам и, кроме того, позволяют не учитывать чётко причины отсутствия. Вот буквально сегодня на комитете мы приняли решение (оно должно быть подтверждено решением палаты), мы, на наш взгляд, создали исчерпывающий перечень причин, по которым депутат может отсутствовать и передавать свой голос. И в этой связи полагаю, что картина изменится и не довольных якобы прогулами будет поменьше. Но надо также понимать и природу власти, в которой мы существуем, так называемой одной из ветвей власти. Наша власть – представительная и работать в этой системе координат по уставу караульной службы не приходится и невозможно. Поэтому я, принимая критику, в то же время хотел бы выйти и на заинтересованные разговоры, попытаться объяснить конструктивно, с чем связана такая неприглядная картина, которая постоянно…
Ю.БУДКИН: Значит, вы всё-таки признаёте, что эту картину можно назвать неприглядной, когда за 400 депутатов голосуют 88 или 89.
О.АРШБА: Более чем готов это признать и готов с этим согласиться. Но ещё раз повторяю, закон принимался в 1994 году. Я к счастью или к сожалению не был тогда депутатом. И вот сейчас появился этот запрос общества и средств массовой информации.
Ю.БУДКИН: Вы считаете, что раньше запроса общества не было. Т.е. надо было дойти до ситуации, когда 80 или 90 депутатов остаются в зале. Почему депутаты сами не видели этой проблемы?
О.АРШБА: Дело не в этом. Дело в том, что я пытаюсь как бы не оправдываться, а пояснить, что я сейчас сижу с вами и являюсь в вашем понимании прогульщиком.
Ю.БУДКИН: Не знаю.
О.АРШБА: Нет, я вам объясняю. У меня заканчивается в 6 часов пленарное заседание. Но вы меня попросили приехать и я, как представитель представительной власти, прошу прощение за тавтологию, обязан приехать и разъяснить. Я нахожусь в зале заседаний. Я избирался из Кузбасса. Ко мне приехал представитель Кузбасса, у него час-два времени. Я по созданной на сегодняшний день искусственной, нагнетённой ситуации, по их разумению, не имею права выйти до шести вечера из зала и поговорить с приехавшим избирателем. Может быть, у него серьёзнейшие проблемы. Т.е. это действительно начинает отдавать абсурдом. На заседании пленарки в среду, например, коллега Климов, он сопровождал наших коллег парламентарий из африканских стран. Он находится на балконе и демонстрировал им, как проходит процесс пленарного заседания. В это время аппарат ищет его, требует, чтобы он сидел за партой как школьник. Где заканчивается абсурд и где заканчивается работа депутата, это тонкая грань и, к сожалению, это родимые пятна именно представительной власти, сложно пояснить.
Ю.БУДКИН: Проблемы с посещаемостью в Государственной Думе есть, но работа парламентария такова, что главное его место действительно не столько в зале для пленарных заседаний, сколько работа с избирателями, работа над законами и так далее, можно так сформулировать вашу позицию.
О.АРШБА: Можно и так, но я хочу добавить, что всё-таки по принятию законов присутствие мы будем обеспечивать максимальное и для этого приняли изменения. Мы ввели и вводим «час голосования» по законам первого, второго и третьего чтения – это будет каждое пленарное заседание в 17 часов и все будут присутствовать.
Ю.БУДКИН: Это позиция Отари Аршба, председателя Комитета Госдумы по регламенту и организации работы Государственной Думы. Если вы готовы принять эту позицию, согласиться с ней, вы набираете номер 660-06-91; если не готовы согласиться, набираете номер 660-06-92. После короткой рекламы те, кто готов спорить с господином Аршба, набирают номер 788-107-0.
Ю.БУДКИН: Сегодня с нами председатель Комитета Госдумы по регламенту и организации работы Государственной Думы Отари Аршба. Он заявил свою позицию по поводу того, что многие журналисты называют прогулами в Государственной Думе. Он говорит, что, во-первых, прогулов быть не может; во-вторых, существует новшество определённое, когда речь идёт о том, что депутат всё-таки на голосовательный час приходит и т.д. Но, кроме того, надо не забывать, что депутату надо встречаться с избирателями, работать над законами и т.д., поэтому не всегда ему стоит сидеть в зале, как это принято, с 9.00 до 18.00. Всё я верно изложил?
О.АРШБА: Практически, да.
Ю.БУДКИН: 87% аудитории «Русской службы новостей» с этой позицией не согласны. Только 13% готовы принять её в таком виде. 788-107-0 – это телефон прямого эфира. Кстати, «двадцать третий» пишет нам через SMS-портал: «Депутат-экскурсовод, о котором вы рассказывали, что больше некому Думу показывать?».
О.АРШБА: Он не Думу показывал, он объяснял систему работы Думы.
Ю.БУДКИН: Дилетант пишет: «Передача голоса другому депутату – да, это законно. Но ведь всё это означает, что голосование внутри фракции всегда солидарно, а это противоречит закону о статусе депутата». Кстати, он поправляет: «Никто не избирается ни от Кузбасса, ни от Москвы, потому что все депутаты анонимы партийных списков».
О.АРШБА: Да, я согласен с оценкой, только есть маленькое замечание по этому поводу. Если внимательно посмотреть, при голосовании электронной системы допускается передача голоса коллеге-депутату. Весь вопрос, что этим злоупотребляют. Это другая тема и в этом смысле эта тема может быть отадминистрирована и может быть улучшена с этим ситуация, на что и направлены изменения, которые мы предложили на сегодняшний день в регламент, в устав жизни депутатского корпуса.
Ю.БУДКИН: Когда вы говорите «этим злоупотребляют», какого рода злоупотребления могут быть? Ведь не может депутат Иванов проголосовать за депутата Петрова не так как Петров хотел.
О.АРШБА: Естественно. Но я не говорю об этом. Я говорю о том, что в зале, как принято говорить сейчас, бегают 70 депутатов вместо 450 и голосуют друг за друга. С точки зрения формальной, ещё раз повторю, существующих принятых норм, это не является нарушением закона. Но мы полагаем, что надо повысить уровень личного голосования и участия, а не голосования по доверенностям. Поэтому предложили жёсткий перечень причин, по которым человек может передать голос.
Ю.БУДКИН: Что это за причины?
О.АРШБА: Это направление в командировку по распоряжению председателя Думы; это болезнь; это регистрация брака, рождение ребёнка или смерть близкого родственника. И всё это оформляется личным заявлением на своём депутатском бланке и передаётся спикеру, который принимает решение. Речь идёт о неделях пленарных заседаний. В остальные недели он ездит, встречается, общается в регионе.
Ю.БУДКИН: Тем более, что это по картинке не доступно большому количеству избирателей, вы же понимаете. «Пятьдесят первый» как раз о картинке пишет: «Почему после сытного обеда зал заседаний пустеет?».
О.АРШБА: Ещё раз повторюсь, после сытного обеда он как раз не пустеет, он пустеет до обеда. Потому что обед у нас с двух до четырёх, а картинку показывают с 12.00 обычно.
Ю.БУДКИН: Если и пустеет зал после сытного обеда, вряд ли вы видите эту картинку, об этом говорит Отари Аршба. Дмитрий пишет: «А если депутат играет в «косынку», не считаете ли вы, что его надо увольнять, чтобы другие хотя бы думали над тем, как надо работать?».
О.АРШБА: Некоторые считают, что надо расстреливать на входе.
Ю.БУДКИН: По идее, вообще, когда слушатель говорит о том, что надо уволить его, он как бы спрашивает вас, такого же депутата, не Дмитрий ли, который задал этот вопрос и должен увольнять депутата, который играет в «косынку»?
О.АРШБА: Нет, я не должен. Может быть, он так думает. Потому что процесс наш называется законотворчеством.
Ю.БУДКИН: А не соблюдение правил игры в «косынку».
О.АРШБА: Отари Аршба в программе «Позиция» сегодня. Я попрошу вас надеть наушники. 788-107-0 – это телефон прямого эфира. К нам присоединяются слушатели, которые не согласны с позицией Отари Аршбы по поводу того, что называют прогулами депутатов. Здравствуйте. Представьтесь, пожалуйста.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Александр, Москва. Вопрос очень простой, сколько может продолжаться эта демагогия, сколько мы будем слушать этих демагогов? Там всё нормально, там всё хорошо.
Ю.БУДКИН: Обратите внимание, когда вы задаёте вопрос, вы задаёте его тоже очень неконкретно.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вопрос такой, зачем нужно приходить на радио, чтобы нам рассказывать о том, как у вас всё хорошо и правильно?
Ю.БУДКИН: Вопрос, зачем нужно приходить на радио?
О.АРШБА: Во-первых, меня сюда позвали.
Ю.БУДКИН: Это правда.
О.АРШБА: Во-вторых, существуют ваши вопросы на эту тему, и я в силу своих способностей пытаюсь на них ответить. Если вы изначально считаете, что я занимаюсь демагогией и все мои коллеги этим занимаются, это ваша воля выразить своё недоверие на следующих выборах.
Ю.БУДКИН: А вот Дилетант как раз отмечает, что всё-таки избиратели и средства массовой информации заставили депутатов пошевелиться, уточняя те изменения, которые вы приняли, и называет это позитивными изменениями. 788-107-0 – это телефон прямого эфира «Русской службы новостей». Мы вас слушаем. Представьтесь, пожалуйста.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, уважаемая радиостанция. Меня зовут Роман, Москва. Я хочу предложить сделать такую систему, чтобы наши трудяги работали, депутаты я имею в виду, чтобы не возникало вообще таких разговоров, т.е. о прогулах и т.д. Предложение очень простое. Надо сделать, как было в Советском Союзе: пусть они работают на постоянной работе, в своих округах, с избирателями, ничего не прогуливают, а приезжают сюда на выездные сессии два раза, например, в год или два раза в полгода. Принимают законы и разъезжаются трудиться, эти трудяги. Народ их ненавидит за их безделье и за те законы, которые они принимают. Вот моё конкретное предложение.
Ю.БУДКИН: Конкретный закон, за который вы ненавидите депутата?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да все. Ни одного нормального закона они не приняли, ни одного.
Ю.БУДКИН: Отари Аршба, прошу вас.
О.АРШБА: Спасибо. Это тоже позиция. Но мы как бы с вами прошли период Советского Союза и прошли эти две недели нашествий депутатов всех уровней в Москву с раздачами конфет от «Бабаевского». И все попытки государства и новой России создать нормальный парламент, перевести его на профессиональную попытку, в случае принятия вашей инициативы, просто отодвинут нас назад. Если вы ностальгируете по советскому парламенту, это ваше право.