Милиционер открыл стрельбу в метро по пассажиру, не уступившему место пожилой женщине
Е.РОДИНА: А теперь у нас на линии друг Дмитрия Шевченко Яков. Дмитрий Бубенов как раз принимал участие в конфликте с милиционером на одной из станций метро.
Ю.БУДКИН: Тот, который не милиционер, тот, который прыскал газовым баллончиком. Яков с нами на связи. Добрый вечер.
Е.РОДИНА: Добрый вечер, Яков.
ЯКОВ: Добрый вечер.
Ю.БУДКИН: Скажите, последние данные на этот час, где Дмитрий, что с Дмитрием?
ЯКОВ: Дмитрий дал интервью телеканалу «Звезда», 10 минут назад дал интервью телеканалу «Вести». Поначалу его не хотели выпускать из прокуратуры, однако журналисты настояли на том, что они хотят его увидеть. В прокуратуре сначала сказали, что следователь куда-то ушёл, но после небольшой перепалки его выпустили, у него взяли интервью. Потом прокурор вышел и сдержанно дал позицию прокуратуры, что ведётся расследование. Правда ничего не было сказано о потерпевших, о беременной девушке с простреленной ногой и о гражданке Украины, которая испугалась и постаралась как можно скорее покинуть территорию Российской Федерации. Об этом умолчали. Причём, все пострадавшие забрали обратно свои заявления и сказали, что никаких претензий к господину Курочкину – стрелку тимирязевскому они не имеют.
Е.РОДИНА: Дмитрий тоже забрал своё заявление? Он писал его?
ЯКОВ: Дмитрий вчера забрал заявление в 4.30. Причём, господин Курочкин собственноручно написал ему нечто вроде документа, в котором сказано, что он обязуется заплатить за его лечение, за его сломанный нос.
Е.РОДИНА: Я напомню нашим слушателям, что господин Курочкин это как за полковник центрального аппарата МВД, который применял травматическое оружие.
ЯКОВ: Между прочим при обыске во время задержания, народного, гражданского ареста господина Курочкина у него в кармане, кроме удостоверения сотрудника милиции, было обнаружено разрешение на наградное оружие, вручённое господином Нургалиевым. Отсюда и возникает вопрос, почему наши сотрудники милиции расстреливают мирных граждан?
Ю.БУДКИН: На данный момент всё-таки не очень понятна ситуация. Потому что ещё с утра появлялись в Интернете сообщения со ссылкой Дмитрия, о том, что оставьте в покое меня. Нет?
ЯКОВ: Утром появлялись заявления. Вчера моему другу четыре генерала МВД обещали, что господин Курочкин будет уволен задним числом, что господин Курочкин будет наказан, что эти документы в 7 часов утра лягут господину Нургалиеву на стол. И так как он вручал ему наградное оружие, он и будет рассматривать вопрос о его увольнении и наказании. А в результате, мой друг получил подтверждение и уверение МВД в том, что его не будут преследовать и что всем пострадавшим, не только ему, всем пострадавшим и беременной женщине будет оказана помощь. А утром, когда я его в шесть часов привёз домой, в 10 часов, после совещания в МВД, мы включаем новостные каналы и включаем Интернет и мы видим, что доблестный сотрудник милиции, который должен защищать народ, отстреливался от бандита, нападавшего на него, и тем самым пытался защитить граждан. Что он не был пьян.
Ю.БУДКИН: Вы услышали другую официальную версию, неожиданную для вас, для вашего друга Дмитрия и поэтому возобновили свои претензии?
ЯКОВ: Да, мы настояли на том, что Дмитрия закрывают. Мы настояли на том, что Дмитрий по большому счёту писал отказ только при том условии, что этот сотрудник милиции будет уволен и будет оказана помощь пострадавшим людям. А его сотрудники МВД высокопоставленные, чтобы прикрыть себя, обманули фактически. Потому что увольнение полковника Курочкина это не только увольнение полковника Курочкина, но и его непосредственного начальника, который в своё время, если не ошибаюсь, устроил стрельбу в кафе, в котором были мирные люди. Какой начальник, такой и подчинённый.
Ю.БУДКИН: Яков, держите нас в курсе, держите в курсе всех наших слушателей. Друг Дмитрия Шевченко, который вчера попал в странную ситуацию, непонятную ситуацию во время конфликта с полковником центрального аппарата МВД России был у нас на прямой связи. Понятно, что к этому случаю все средства массовой информации ещё неоднократно будут возвращаться.