В.ТРАВИН: «Коррупцию в органах ГИБДД сегодня породили в том числе и судьи»
Ю.БУДКИН: Прямо сейчас о взаимоотношениях автовладельцев, мировых судов и ГИБДД. Представляю нашего гостя – это президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин. Виктор Николаевич, добрый день.
В.ТРАВИН: День добрый.
Ю.БУДКИН: Я посмотрел статистику, ГИБДД выигрывает большую часть судебных разбирательств с водителями. В 2009 году было 62587 дел об административных правонарушениях, 83% из них выиграли ГИБДД. В некоторых районных судах 94% дел в пользу сотрудников ГИБДД. В общем совершенно, это потому что автовладельцы не такие грамотные как сотрудники ГИБДД.
В.ТРАВИН: Дело совсем, видимо, в другом. И вот, честно говоря, цифра 94% она, мне кажется, больше соответствует действительности, чем цифра 60 с лишним. Я сужу по московской практике судебной и по московской областной. Может быть, в других городах судьи более лояльны, чем в столице. Но в столице совсем случилась беда. Мы, я имею в виду правозащитное сообщество, пришли к выводу о том, что ситуация с защитой прав водителя в суде сегодня катастрофическая. Многие адвокаты вас скажут, что еще лет 5-6 назад практически в любом московском суде можно было доказать невиновность водителя, если предъявлялась вина в нарушении Правил дорожного движения, то буквально года четыре, пять лет назад изменилось все кардинальным образом, кардинальным. Если раньше виновен – отвечал, невиновен – от ответственности освобождался, то сегодня доказать невиновность практически невозможно, в то время, как доказывать виновность нет никакой необходимости. Начнем, видимо, с того, что лет пять назад в Москве состоялось первое совещание Московского городского суда и Управления ГАИ г.Москвы. Вдумайтесь, вот если вы помните.
Ю.БУДКИН: Они встретились и договорились о чем-то.
В.ТРАВИН: Если вы помните 15-ю статью Конституции, в которой русским языком сказано, что у нас три ветви власти: исполнительная, законодательная и судебная абсолютно независимы. Вы увидели друг друга на улице - пошли разными дорогами. Но на самом деле, как видите, судебная и исполнительная у нас очень хорошо дружат: вместе пьют чай на совещаниях, решают вопросы, как взаимодействовать друг с другом при привлечении водителя к ответственности? Ну разве после таких чаепитий возникнет хоть какое-нибудь сомнение в том, что не прав водитель, а прав естественно инспектор.
Ю.БУДКИН: Может быть, вы что-то не знаете о совещаниях между водителями судьями.
В.ТРАВИН: Я ни на одном из таких совещаний не присутствовал. Я думаю, что без меня точно бы не обошлись. Обратите внимание, что совсем недавно, в сентябре теперь уже ушедшего года председатель Мосгорсуда госпожа Егорова в одной из центральных газет прямо так и сказала, официально, громогласно, на всю страну: если в суде протокол и инспектор против слова водителя, мы, т.е. судебное сообщество верим инспектору. Представьте, в какой-нибудь цивилизованной стране судья бы сказал «мы верим стороне обвинения, но никак не стороне…».
Ю.БУДКИН: Виктор Николаевич, в этом смысле возникает вопрос, ведь очень часто мы сталкиваемся, я не знаю, может быть, вы сейчас будете опровергать это.
В.ТРАВИН: Да, может быть.
Ю.БУДКИН: Но очень часто мы сталкиваемся, как мне кажется, с попыткой водителя подписать все что угодно. И тогда получается, что протокол играет против водителя.
В.ТРАВИН: Протокол сам по себе является доказательством вины, хотя не очень понимаю почему. И многие правозащитники сегодня равно как и законодатели говорят о том, что протокол нужно исключать из числа доказательств, потому что протокол это всего лишь точка зрения инспектора ДПС, он же может ошибаться. Протокол это основание для рассмотрения дела, возбуждения дела, но никак не доказательство. Тем не менее чаще всего, если в суде фигурирует протокол, для судьи этого более чем достаточно, оснований не верить инспектору ДПС у судьи нет.
А.ОНОШКО: Вы сказали, что еще 5-6 лет назад ситуация была иной. Что именно кардинально изменилось? Вот мы можем условную ситуацию рассмотреть: водителя останавливает сотрудник ДПС и, с точки зрения сотрудника ДПС, водитель совершил нарушение. Как 5 лет назад развивалась эта ситуация, когда доходила до мирового судьи и как сейчас?
В.ТРАВИН: Несколько лет назад мировые судьи впервые (тогда еще, может быть, не везде были мировые, а брались федеральные) рассматривали дела о нарушении ПДД впервые. У нас не было до некоторых пор в практике судебных рассмотрений дел об административных правонарушениях. И вот совсем недавно, со вступлением в силу нового кодекса с 2002 года право рассматривать подобные дела отдали судьям. Они были счастливы. Представляете, гражданские, уголовные, арбитражные, а тут еще административные, за нарушение ПДД.
Ю.БУДКИН: Руки чешутся, и вот наконец.
В.ТРАВИН: Чертовски приятно. Вроде как некоторое поощрение. Вот вы во всем умные, будьте умные еще и в этом. Судьи рассматривали. Судьи занимались делами, рассматривали объективно, потому что никто не требовал от них иного. А потом выяснилось, что сотрудники ГАИ не умеют оформлять материалы дела, плохо собирают доказательства, плохо оформляют материалы дела и суду представляют практически бездоказательное обвинение в отношении водителя. И судьи начали выносить оправдательные постановления, возвращаться материалы дела в ГАИ на устранение недостатков. Посмотрели все это наверху, видимо, может быть в Верховном суде, может быть где-то еще и сказали «так не годится, так нельзя, вы так распустите нам всех водителей», и начали закручивать гайки.
Ю.БУДКИН: Теперь кто будет раскручивать гайки? Согласитесь, что 90% это уже презумпция виновности.
«Учитывая то, что у нас в каждом судебном вердикте написано, что у судьи нет оснований не доверять инспектору, но есть основания не доверять свидетелю, то получается, что у нас 77% граждан не верят сотрудникам ГАИ»
В.ТРАВИН: Давайте начнем вот с чего. У нас по недавним результатам исследования, по-моему, Левада-Центра, 77% граждан российских не доверяют сотрудникам ГИБДД, не доверяют. Учитывая то, что у нас в каждом судебном вердикте написано, что у судьи как раз нет оснований не доверять инспектору, но есть основания не доверять свидетелю, то получается, что у нас 77% граждан не верят сотрудникам ГАИ, а оставшиеся 23% - это судьи, они верят безапелляционно. Более того, я обращу ваше внимание на то, что по судебным вердиктам российский человек это самый нагло лгущий, а я бы сказал даже, самый нагло врущий человек. Ни в одной стране мира нет столько судебных постановлений как у нас, в котором было бы сказано «свидетели Иванов, Петров, Сидоров, дающие показание по делу водителя Иванова, нахально врут, пытаясь его освободить от ответственности». Огромное количество людей, как это установлено в судебном порядке, у нас нагло врут. Это какой-то нравственный геноцид.
Ю.БУДКИН: Виктор Травин, президент Коллегии правовой защиты автовладельцев в прямом эфире на «Русской службе новостей». Короткий перерыв на рекламу.
Ю.БУДКИН: Продолжаем эфир. Президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин. Он сейчас говорил вот о чем. Мы тут завели разговор, пока шла реклама о том, что произойдет, если водитель напишет в протоколе «а я не согласен».
В.ТРАВИН: Вот раньше это имело значение. Если водитель писал, что не согласен, таким образом, в суде противопоставлены были две точки зрения. Инспектор ДПС говорит - было, водитель говорит – не было. Значит, инспектор ДПС должен был доказать вину, водитель при этом не обязан был доказывать свою невиновность, и это работало. Презумпция невиновности, кстати, которая впервые была введена в наш Административный кодекс еще в 2002 году, до этого ее просто не было, тут же ее и растоптали. Давайте опять-таки вернемся к теме обвинительного уклона. Сотрудник ГИБДД (одно из последних дел, кстати говоря) против 22 свидетелей. Я даже не спрашиваю вас, как вы думаете, кому естественно поверил судья? 22 свидетеля с одной стороны, со стороны водителя, который утверждает, что не нарушал и инспектор ДПС, который говорит, что нарушил.
Ю.БУДКИН: Такое ощущение, что судья поверил сотруднику ГИБДД.
В.ТРАВИН: Абсолютно правильно. Ну, как можно после совместных совещаний, чаепития и указания председателя городского суда не верить инспектору ДПС.
А.ОНОШКО: Каковы действия 22 свидетелей, если они все-таки, несмотря на недоверие судьи, четко уверены в том, что они видели что-то иное. Они могут дальше какие-то действия предпринимать? Недоверие выказывать судье в свою очередь.
В.ТРАВИН: Может, скажем, лицо, привлекаемое к ответственности заявить судье отвод. Судья рассматривает такое ходатайство и тут же выносит определение об отказе: нет, я и дальше буду рассматривать, а то, что я не верю, это я делаю по внутреннему убеждению, - говорит судья. Что такое «внутреннее убеждение», мне не совсем понятно. Почему все идет к обвинительному уклону и как это идет? Вот простейшее дело, которое случилось совсем недавно в Подмосковье. Итак, обыкновенного водителя хватают на дороге, якобы за выезд на сторону дороги, предназначенную для встречного движения. Совершенно типичная история. Он приходит в суд, 65-й судебный участок Истринского района и заявляет судье Трошиной ходатайство: «Не могу я участвовать в рассмотрении дела здесь, давайте отправим по месту жительства в Химки. Мне там удобно, я имею на то законное право». Судья Трошина (я вот держу в руках документ) выносит определение: «Направить дело водителя такого-то по месту жительства» и пишет не «водителя», а «правонарушителя». Вот скажите мне, вы журналисты, представьте себе, что если вы эфире, например, назовете кого-нибудь подозреваемым в совершении преступления убийцей, что будет вам, как журналистам. Страшно представить. Представьте себе уголовный процесс в суде. Судья объявляет состав суда, объявляет, что обвинение поддерживает прокурор Сидоров, защищает подозреваемого адвокат Иванов и также в зале присутствует убийца Сидоров.
А.ОНОШКО: Или взяточник, я еще предполагаю. Убийца-та ладно, у нас есть такой шумный пример недавно. Но вот взяточником назвать, например, точно нельзя.
В.ТРАВИН: Никак нельзя.
Ю.БУДКИН: Видимо, в суде можно, получается.
В.ТРАВИН: Ни взяточником, ни убийцей, ни преступником нельзя, потому что только по вступившему в законную силу приговору суда можно признать его убийцей или правонарушителем. А вот тут судья пишет: «Направить дело правонарушителя такого-то в Химкинский суд». В Химкинский суд приходит его дело, судья начинает вести протокол судебного заседания, пишет: «на судебное заседание явились правонарушитель Алексей Николаевич такой-то». Как вы думаете, коллеги, после того как один судья, направив дело другому судье, сказал «я направляю вам дело правонарушителя», другой судья, приняв это дело, написал тут же в протоколе, что он принял дело правонарушителя.
А.ОНОШКО: Ну, мы даже не знаем, как примет судья.
«Обвинительный уклон сегодня присутствует практически в 94% случаев»
В.ТРАВИН: Мы тоже не знаем, какое решение мог принять. Но совершенно очевидно, что такой изначально тенденциозный уклон в сторону признания его виновным, то очевидно, что его признают виновным. Обвинительный уклон сегодня присутствует (вот почему я верю больше цифре 94%) практически в 94% случаев. Самое-то неприятное, что, к сожалению, судьи… А судьи кто? Возникает вопрос. Кто становится судьями, кто рассматривает эти дела? А рассматривают дела судьи, мировые естественно, в первую очередь, которые вчера были еще секретарями судебных заседаний. Т.е. они насмотрелись, как судья умеет лихо раздавать всем наказания налево, направо. Правда, друзья мои, я еще раз подчеркну, что я не за то, чтобы освобождать от ответственности лицо виновное, я за то, чтобы на невиновного не повесить лишнего и не обвинить его в том, чего он не делал. Я за объективность: нарушил – отвечай. Но вот из тех дел, которые я видел в судебных процессах, я не в каждом уверен, что вина водителя была доказана. Вот к уровню квалификации. К сожалению, как показывают некоторые статистические данные, у большинства судей даже нет водительской практики, они не имеют водительского удостоверения, и знать не знают, что такое выезд на сторону дороги. Виртуально представляются, на практике, конечно же, нет. И тем не менее они судят, им можно. Беда в том, что кроме низкой квалификации, на самом деле низкой, потому что ГАИ, проводя совещания, говорит, как надо делать и судьям вдаваться в подробности процессуальные уже нет необходимости. Им уже сказали, что нужно делать и как нужно делать. Уровень квалификации довольно невысокий. Более того, судья, как правило, а административное дело рассматривают судьи по уголовным делам, потому что процессы примерно похожие, в судьи идут бывшие сотрудники правоохранительных органов, прокуроры, милиционеры. Представьте себе, когда водителя, якобы нарушившего Правила дорожного движения, приводят к судье, который вчера только снял с себя милицейские погоны и приводят к нему этого водителя такие же сотрудники милиции, с которыми он вчера работал в одной организации, в одном подразделении. Ну, кому будет вера? Естественно, на него смотрят как заведомо на преступника. Вот поэтому появляются такие фразы: правонарушитель еще до того, как выяснится, что он правонарушитель.
Ю.БУДКИН: А вот с 22 свидетелями как они поступают, неужели ни у кого не зарождается сомнение по этому поводу?
В.ТРАВИН: А у меня возникает другой вопрос, а почему этих свидетелей не привлекают к ответственности по статье 17.9 Кодекса административных правонарушений за дачу заведомо ложных показаний. В России на сегодняшний день установлено, что сотни тысяч российских граждан наглые лжецы и фарисеи, наглые.
Ю.БУДКИН: Это установлено судебными документами.
В.ТРАВИН: Постановлением суда. Что свидетель Сидоров врет, свидетель Петров нахально врет, а свидетель Никонорова три раза нахально врет. И заметьте, практически ни одно дело не возбуждено за дачу заведомо ложных показаний. Почему, возникает вопрос? Если суд сказал: «врет Сидоров», так возбудите дело в таком случае. Не возбуждают.
Ю.БУДКИН: А что такое за юридический термин «нахально врет», мне интересно.
В.ТРАВИН: Это не юридический, это житейский.
«Не показания инспектора ДПС противоречат показаниям свидетелей, а показания свидетелей противоречат. Априори решено, что надо доверять инспектору ДПС»
А.ОНОШКО: Вы уже от себя.
В.ТРАВИН: Хотите от себя, хотите от судьи, от кого угодно. Пишут так: «показаниям свидетелей таких-то нет оснований доверять, потому что они противоречат показаниям инспектора ДПС». Не показания инспектора ДПС противоречат показаниям свидетелей, а показания свидетелей противоречат. Нет оснований доверять, потому что надо доверять кому-то одному. Априори решено, что надо доверять инспектору ДПС.
А.ОНОШКО: Что чисто технически должен делать в этом случае водитель, если он не согласен с решением суда? Идти дальше, выше.
В.ТРАВИН: А вот как показывает практика, чем дальше идти, тем больше шансов чего-то добиться. Мировые суды, по моему глубокому убеждению, сегодня подневольны. У меня есть диктофонная запись, один из судей сказал «я понимаю, что может быть вы и невиновны, доказать нам в процессе это не удалось, но вы поймите, что если я вас оправдаю, а нам категорически запрещено оправдывать» (кем не сказал, я не знаю, поэтому ссылаться не буду) «я лишусь работы, а соответственно зарплаты». А зарплата хорошая, примерно, 120 тысяч рублей у мирового судьи плюс квартальные премии, жить можно, у федерального и то больше. Ну как не управлять такими судьями. Что делать дальше? Обжаловать и чем больше инстанций вы проходите, тем больше шансов у вас добиться правды. Я знаю, что очень многие ищут и находят правду в Московском городском суде, в Верховном суде. Но надо для этого пройти мировой и федеральный, а это крови море, море пота, сил, нервов и здоровья.
А.ОНОШКО: Рабочего времени.
В.ТРАВИН: Об этом уже и не говорим.
Ю.БУДКИН: Наш слушатель пишет: у меня знакомого лишили прав, потому что он поругался с инспектором. Речь идет о протоколе за «встречку», в суде не было свидетелей и все. А как от этого защититься?
В.ТРАВИН: Практически невозможно, но это невозможно в первой инстанции – у мирового судьи, невозможно у федерального. Если вам попадется вменяемый судья, который уходит на пенсию, ему абсолютно все равно какая у него будет статистика.
Ю.БУДКИН: Виктор Травин, президент Коллегии правовой защиты автовладельцев в прямом эфире на «Русской службе новостей».
Ю.БУДКИН: Продолжаем эфир. Мы сегодня говорим о том, можно ли выиграть в суде дело между водителем и ГИБДД. Президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин говорит о том, что так просто это не сделать.
«Я глубоко убежден в том, что коррупцию в органах ГИБДД сегодня породили в том числе и судьи. Потому что я прекрасно знаю, если я пойду в суд, я не всегда там найду правду»
В.ТРАВИН: Нет, очень даже не просто. Обратите внимание, один из подзащитных, который совсем недавно обратился в коллегию, рассказал дивную историю. Ему инспектор ДПС на дороге предложил разойтись, проще говоря, дать взятку в 5 тысяч рублей. Водитель оказался очень правильный, он сказал «я 5 тысяч рублей вам не дам, я вам даже 3 копейки не дам, потому что я считаю, что я прав». Он взял с собой защитника-юриста, с ним пошел в суд. Обошлось ему это удовольствие в 35 тысяч рублей. Дело выиграли, правда, дело тянулось два с лишним месяца, но все-таки победили. Уж сколько там было пролито крови, нервов и прочего, я не говорю, больше, чем на 35 тысяч рублей. Буквально через две недели его останавливает примерно тот же самый сотрудник ДПС примерно за то же самое нарушение. Речь идет опять о том же самом «ну, что 5 тысяч рублей или…». И как вы думаете, какой вывод сделал для себя этот, в общем-то, пока еще правильный водитель? Он сделал не правильный вывод, хотя, с его точки зрения, видимо, абсолютно логичный, он сказал «конечно, 5 тысяч рублей, это дешевле». Поэтому я говорю о том, я не судья, я не имею права обвинять суды, но я глубоко убежден в том, что коррупцию в органах ГИБДД сегодня породили в том числе и судьи. Потому что я прекрасно знаю, если я пойду в суд, я не всегда там найду правду, правду найду не всегда.
Ю.БУДКИН: Но ведь не только судьи, наверное, и законодатели, тот, кто придумал лишение прав за встречную полосу на срок от 4 до 6 месяцев. Мы не говорим сейчас о безопасности.
В.ТРАВИН: Не говорим.
Ю.БУДКИН: Потому что, как правило, людей лишают прав за выезд за встречную полосу, которая совершенно не страшна, с точки зрения дорожного движения.
В.ТРАВИН: Состав формальный характер носит, поэтому даже если вы никому не причинили при этом ущерба…
Ю.БУДКИН: Даже если вы единственный участник дорожного движения на этой улице.
В.ТРАВИН: Да. Ночью на проселочной дороге выехали, есть формальный состав, есть наказание. В чем не логичность и не последовательность наших законодателей? Ведь для очень многих людей, сидящих за «баранкой», управление транспортным средством это единственный источник дохода, единственный. В одном из дел водитель буквально плакал в суде. Он говорил «ваша честь, я понимаю, что безальтернативно лишение на срок от 4 до 6 месяцев, но у меня нет другой работы, я водитель, у меня трое детей и на иждивении беременная жена. Мне что делать?». Судья слезу собственно не пустила, но выпустила постановление лишить его хотя бы не на 6, а на 4 месяца. Поэтому надо речь, видимо, вести о некой либерализации в законодательстве, в котором было бы предусмотрено, что если такие обстоятельства, черт побери, дайте ему 50 рублей штраф, чтобы ему мало не казалось, но пусть вернется за «баранку» и кормит семью.
Ю.БУДКИН: Виктор Травин, президент Коллегии правовой защиты автовладельцев. С нами на связи слушатель Дамира, он очень хотел выйти в эфир и его случай, по его мнению, уникальный. Речь идет о статьях 12.15 и 12.26.2. Дамир, добрый день.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Виктор, скажите, пожалуйста, как вас по отчеству.
В.ТРАВИН: Я еще не заслужил, можно по имени.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Виктор, спасибо. Скажите, пожалуйста, у меня произошел случай, мы были в районе Лужников и подъехал сотрудник ДПС на гражданской машине. Мы с Лужников отправляли человека на автобусе. Он подъехал к нам, мы стояли возле автомобиля. Начинает спрашивать документы. Я говорю «товарищ инспектор, а какие документы вам нужно предоставить?». Он говорит «водительское удостоверение». Я говорю «а на каком основании?» - Вы, говорит, управляли автомобилем.
А.ОНОШКО: А вы коротко можете сформулировать ваш вопрос, Дамир? Вы хотите спросить, имеют ли право сотрудники требовать документы или что?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, в отношении меня составили протокол.
В.ТРАВИН: За что, Дамир?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: За управление в нетрезвом виде, то что я отказался от медицинского освидетельствования и плюс к тому они добавили статью 12.15 «встречная полоса».
В.ТРАВИН: А скажите, пожалуйста, Дамир, вы на самом деле управляли транспортным средством, когда вас задержали сотрудники ДПС?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, я стоял возле автомобиля.
В.ТРАВИН: Т.е., Дамир, вы не управляли транспортным средством?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет.
В.ТРАВИН: Скажите, пожалуйста, если вы не управляли транспортным средством, что вас сподвигло предъявить сотруднику ДПС ваше водительское удостоверение. У нас в соответствии с пунктом 2.1 Правил дорожного движения, водительское удостоверение должен предъявить водитель транспортного средства, а не тот, кто стоит рядом с транспортным средством, не являясь его водителем. Вы что так легко сразу выкладываете все свои документ? Может, вы также кошелек легко расстегиваете?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот в том-то и дело. Они скрутили мне руки, посадили меня в свой автомобиль. Дпсник, который подъехал на гражданском автомобиле, позже вызвал дпсника…
Ю.БУДКИН: Подождите, Дамир, вы все-таки говорите о том, что что-то вам удалось отсудить в результате этой истории, но осталось еще что-то не до конца расследованное. Вот давайте об этом.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Одну секунду, я просто волнуюсь. Они меня доставили в ОВД «Хамовники». Попросили меня там придержать. В это время отрыли автомобиль, вытащили документы. Подъехали позже, также скрутили мне руки и повезли на медицинское освидетельствование.
В.ТРАВИН: Скажите, Дамир, а вам предлагали на месте дунуть в алкометр?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ничего.
В.ТРАВИН: А почему вас сразу повезли на освидетельствование, если обязательным условием направление на освидетельствование является предложение пройти милицейское освидетельствование на месте. Т.е. этот этап освидетельствования сотрудники ДПС пропустили, правильно я понимаю?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Вот уже после…
В.ТРАВИН: Уже только это является основанием для освобождения вас от ответственности. А чем закончилось, Дамир? Не томите, пожалуйста, нас, расскажите, хочется порадоваться уже быстрее за вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Слушание первый раз было в мировом суде.
В.ТРАВИН: Дамир, я понимаю, вы обжаловали постановление мирового в федеральном, и какое решение было по жалобе?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: В районном суде обжаловал по статье 12.15, которую они мне приписали позже, чтобы более правдоподобно выглядела вся эта ситуация, что я якобы ехал, управлял. Меня по этой статье оправдали.
В.ТРАВИН: Вас освободили от ответственности, Дамир? Мы скорее порадуемся за вас.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: От ст. 12.15 освободили. Но 12.26 мне судья сказал, что будете обжаловать в городском суде.
В.ТРАВИН: Ну, будете обжаловать в городском суде. Спасибо за интересную историю. Я думаю, что, скорее всего, шансы победить и в деле по отказу от медосвидетельствования, конечно, ваши повысятся значительно в городском суде, чем они были у вас в мировом или федеральном. Дерзайте. Но вы нас не удивили, история довольно типичная.
Ю.БУДКИН: Добрый день. Как вас зовут?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня Владимир зовут. Я тоже хотел бы рассказать свою историю. Это было в том году. Меня тоже остановили за «встречку», это было в районе метро «Отрадное». Когда я приехал в суд, мне объяснили, что у них приказ, чтобы в связи с пробками было поменьше водителей. Мне вынесли сразу же, что я виновен, на что я написал апелляцию. Дело передали в Бутырский суд. Я приехал, там судья уважаемый товарищ Посекун был в отпуске, вела дела другая девушка-судья. Она вернула назад все эти документы, как правильно сказал Виктор, потому что они были неправильно составлены. Когда я приехал в Отрадное, мне опять судья говорит «а что здесь неправильно?», я говорю «я не знаю, это вы разбирайтесь, вы же судьи». Он дописал какие-то две строчки. Я приехал назад. Опять та же девушка ему звонит по телефону и говорит «вы напишите правильно и мы разберемся». Я опять возвращаюсь с Отрадного в Бутырку, и в это время возвращается товарищ Посекун с отпуска и говорит «ты знаешь, тебя автоматически лишают на 4 месяца, и будь еще рад, иначе на полгода будет лишение». И во трех случаях, когда я ездил, инспектор ДПС не появлялся вообще. Он приехал только на последние слушания, достал ноутбук, в котором ничего не было и все. Меня лишили на 4 месяца.
В.ТРАВИН: Владимир, печальная история. Не видя материалов дела, комментировать что-либо довольно трудно. Но могу вам сказать одно, шансы все равно есть, как бы там ни было. Обжалуйте, боритесь, все в ваших руках.
Ю.БУДКИН: Наш слушатель спрашивает, он, когда ехал с дачи, его остановили, предложили проехать, дунуть. Поехали за 60 километров из Москвы, подули еще раз. И он спрашивает: теперь, когда выяснилось, что я трезв, кто заплатит за потраченный бензин и потраченное время? Что делать в таких случаях?
В.ТРАВИН: Никто не сможет ничего сделать. Потому что если бы действия были незаконными (а доказать, что они были незаконными можно), можно было бы требовать возмещения. А доказать, что они незаконные будет очень трудно.
«Доказать, что инспектор ДПС имел прямой умысел, чтобы незаконно водителя привлечь к ответственности, практически невозможно, стало быть невозможно и требовать возмещение какого-либо ущерба»
Ю.БУДКИН: Президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин на РСН. Мы говорим о взаимоотношениях между водителем, судьей и ГИБДД. SMS +7-925-101-107-0, сайт в Интернете rusnovosti.ru и телефон прямого эфира 788-107-0. Все это возможности для вас донести свою идею, задать свой вопрос Виктору Травину. Виктор Николаевич, вы что-то хотели сказать еще.
В.ТРАВИН: Да. По поводу, можно ли привлечь к ответственности сотрудника ДПС, который неправомерно отправил вас на медицинское освидетельствование. Трудно будет довольно доказать, что это действие было незаконным. Во-первых, потому что любой инспектор ДПС скажет, что у него было достаточные основания полагать, что вы находитесь в состоянии алкогольного опьянения, потому что он учуял от вас запах алкоголя. Ну, ошибся, ну, за ошибку-то не наказывают. Хорошо, есть понятые, которые должны будут тоже подтвердить, что освидетельствование проводилось на месте инспектором ДПС при наличии оснований. Но поверьте, как правило, понятые это те водители, которых останавливают здесь же на дороге и говорят «а, ремень-то не пристегнут, выбирай: или штрафчик 500 рублей тебе будет или ты сейчас выступишь в качестве понятого». Поэтому доказать, что инспектор ДПС имел умысел прямой на то, чтобы незаконно водителя привлечь к ответственности, практически невозможно, стало быть невозможно и требовать возмещение какого-либо ущерба.
Ю.БУДКИН: Добрый день.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Меня Владимир зовут. Только что было сказано по поводу ремня, просто замечательно сказано. Ситуация какая: я начальник транспортного отдела, в подчинении сто водителей. Один из водителей по чистой случайности оказался на Беговой и я тоже оказался на Беговой, в районе метро «Беговая». Возвращаясь из головного офиса, звонит мне водитель как обычно: такая ситуация, стою на дороге, сломался. Я еду и вижу, действительно сломался, стоит, руками машет. ДТП совершилось уже сбоку, начали притираться машины. А четыре машины сзади, пятая машина – ДПС. Я подхожу, говорю «Саша, в чем дело?». Он говорит «не едет». Он открыл капот, посмотрел – вилка сцепления сломалась, т.е. машина недвижима, но мотор работает. Я говорю «Саш, у меня спина болит, толкать я тебя не смогу, давай сейчас попросим». Впереди красный свет светофора, подгадали так, и через две сплошные развернулись и припарковали на другой стороне.
А.ОНОШКО: Толкали машину.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да, толкали. Но я был за рулем, т.е. я не владелец. Поставили машину на противоположную сторону и в этот момент эти сотрудники милиции ДПС тут же сразу подъехали. Я им говорю «ребята, вы стоите, пять машин сзади, почему вы не могли видеть, что две машины притерлись? Из двух рядов было организовано четыре ряда. Вы не смогли организовать так, чтобы убрать аварийную машину». Мне был ответ «вы что, какое право имели на то, чтобы организовывать здесь движение».
В.ТРАВИН: Более того, я вам скажу, что в соответствии с 185 приказом МВД, утвердившим некий регламент, сотрудники ДПС обязаны оказывать содействие водителям при поломке транспортных средств, правда, если они не заняты на более серьезных делах.
Ю.БУДКИН: А они в любой момент могут сказать, что они заняты на более серьезных делах.
В.ТРАВИН: Абсолютно. Но в этом случае, я думаю, что они должны были оказать содействие водителю, чтобы он не создавать помех для движения других транспортных средств на дороге. Скажите, чем закончилось, Владимир?
Ю.БУДКИН: Ушел Владимир с линии.
В.ТРАВИН: Ох, Владимир, какая досада. Я там понимаю, что Владимиру, скорее всего, или водителю, который сидел за рулем вменили выезд…
Ю.БУДКИН: А Владимир и был за рулем.
В.ТРАВИН: Видимо, ему и вменили выезд на встречную полосу притом, что транспортное средство толкали.
Ю.БУДКИН: А в суде такие истории все равно будут?
В.ТРАВИН: А как же, он сидел за «баранкой». Не важно, кто приводил движение в этом смысле транспортного средства.
Ю.БУДКИН: Да, но мы же выясняли, что даже рядом с машиной стоял и то приходится ходить. Добрый день, слушаем. Как зовут вас?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Александр. Подскажите, пожалуйста, у меня была такая ситуация. В районе Ростова-на-Дону меня остановили на посту ДПС, сказали, что превышение скорости, показали что-то по компьютеру. Я с ними не согласился. Я говорю «ну, там превышение 115, выписывайте штраф на 300 рублей, и я поеду дальше». Они говорят «нет, это было в населенном пункте». Хотя до поста ГАИ порядке 50 километров ближайших населенных пунктов, откуда я ехал, не было. Они говорят «не согласен?». Я документы им уже отдал. Они говорят «паспорт есть у вас?». Я говорю «да, есть» - «дайте паспорт ваш». Я отдал паспорт. Они говорят «ждите на улице». Через пять минут меня пригласили и говорят «ну что, вы не согласны?». Я говорю «нет, не согласен». Они говорят «хорошо, заплатите штраф на месте и можете ехать». Меня просто потом предупредили, что они взяли паспорт, списали мой домашний адрес и могут в протоколе написать, что я не согласен.
В.ТРАВИН: Александр, чтобы узнать ваш домашний адрес, совершенно не обязательно для этого паспорт. У сотрудника милиции есть возможность установить ваши данные по водительскому удостоверению. И помните, что ни о какой уплате штрафов на месте речь быть не может. У нас предусмотрена уплата штрафов через кредитные банковские организации или, в крайнем случае, если у сотрудника ДПС на пузе болтается соответствующий терминал для оплаты.
Ю.БУДКИН: Еще один вопрос. Павел через сайт спрашивает: юридическую силу расписка данная в случае ДТП о том, что один из участников не имеет к другому участнику никаких претензий, имеет какую-то?
В.ТРАВИН: Только к тому, что он не имеет ни каких претензий, не будет требовать возмещения ущерба. Но если все равно кто-то из них или оба оставили место дорожно-транспортного происшествия, то отвечать за оставление места ДТП будут оба. Единственное исключение, если двое участников аварии, у каждого есть полис ОСАГО, нет пострадавших, оба согласны в оценке обстоятельств и причин аварии, характера повреждения, если сумма ущерба невиновному не превышает 25 тысяч рублей. В этом случае они имеют право разъехаться.
Ю.БУДКИН: Вопрос: кто установит, что оба участника ДТП уехали с места ДТП?
В.ТРАВИН: Как правило, кто-то одни из них возвращается, понимая, что, бой его знает, как оно там. Лучше вернуться, тем самым подставляя второго участника ДТП.
Ю.БУДКИН: Президент Коллегии правовой защиты автовладельцев Виктор Травин был у нас в прямом эфире. Спасибо.