Б.НЕМЦОВ: «Гайдар, очевидно, спас страну от гражданской войны. При этом, будучи человеком интеллигентным, он проявил удивительное мужество и стойкость»
Ю.БУДКИН: Здравствуйте. В студии Юрий Будкин и Ника Медведева. Политик и экономист Егор Гайдар скончался сегодня ночью скоропостижно. Политик и бывший вице-премьер российского правительства Борис Немцов с нами на связи. Борис Ефимович, здравствуйте.
Б.НЕМЦОВ: Здравствуйте.
Ю.БУДКИН: Скажите, как теперь можно оценивать вклад Егора Гайдара? Это идеолог экономических реформ или практик реформ?
Б.НЕМЦОВ: Да конечно же, практик. Гайдар был назначен премьером в тяжелейшее для страны время. Я хорошо помню это время, с ним работал, я был назначен тоже в ноябре 1991 года губернатором Нижегородской области. Не было в стране ни зерна, ни топлива, везде очереди, дефицит, талоны. Жена моя в 4 часа утра занимала очередь за молоком, чтобы ребенку с утра его дать. Мужики в Нижнем переворачивали автобусы, требуя завезти в магазины сигареты. 17 видов талонов в Нижнем, в стране то же самое. И выбор у Гайдара был тогда такой небольшой – либо голод, холод и, как следствие, мордобой, кровопролитие и гражданская война, либо болезненные, тяжелые реформы. Страна умирала, она была в реанимации. Гайдара позвали, чтобы ее спасти. Из реанимации никто еще розовощекий и бодрый не выходил. Но Гайдар, очевидно, спас страну от гражданской войны. При этом, будучи человеком интеллигентным, он проявил удивительное мужество и стойкость. Я знаю, что Гайдара ненавидели, не любили, возможно, и сейчас ненавидят и не любят миллионы граждан, но, может, его смерть хотя бы откроет им глаза. Может, они все-таки не будут верить гнусной, лживой нынешней пропаганде официальной о том, что Гайдар все развалил. Неужели такая короткая память, чтобы мы с вами забыли, как исчезал Советский Союз, как полыхали окраины, и как весь народ стоял в очередях за хлебом, маслом, колбасой и так далее?
Ю.БУДКИН: Борис Ефимович, в свое время ведь Гайдар стоял во главе российского правительства, исполнял обязанности точнее, всего 6 месяцев, а те реформы, которые тогда проводились, называются именно гайдаровскими, а не ельцинскими. Это правильно?
Б.НЕМЦОВ: Это правильно, хотя роль Ельцина состояла в том, что он, во-первых, Гайдара назначил и абсолютно точно сделал, во-вторых, что ему поверил, в-третьих, что его поддерживал, по крайней мере, вначале. Я помню, все на моих глазах было, я депутатом был Верховного совета и помню, как его требовали снять, линчевать и так далее. Конечно, Гайдар исполнял роль камикадзе и отчетливо понимал, что будет проклят, но для него как для патриота спасти страну было важнее, чем быть для всех хорошим. Вы должны понимать, что у нас была развилка, мы могли пойти по югославскому сценарию – этому кровавому, с распадом, гражданской войной, геноцидом, со всеми атрибутами развала югославского мы могли столкнуться. Гайдар нас от этого спас. Делать вид, что это не он, неправильно. Гайдаровские реформы стали таковыми ровно потому, что люди понимали значимость этого человека. Я хочу сказать еще, что Гайдар стоял у истоков новой России. Сейчас наши властителя бахвалятся, как у нас все замечательно и хорошо в частном секторе, который был создан ровно тогда же, и основы были заложены в начале 90-х. Поэтому ложь насчет 90-х все равно рано или поздно развеется, и у людей откроются глаза. Смерть Гайдара, на мой взгляд, дает какой-то шанс и какую-то веру, что люди перестанут верить этому гнусному вранью и начнут относиться к правде более адекватно.
Ю.БУДКИН: Борис Ефимович, в последнее время вы часто связывались, может, встречались с Гайдаром. Он чувствовал себя невостребованным?
Б.НЕМЦОВ: Вы знаете, я Гайдара видел на презентации его последней блестящей книжки, которая называется «Смуты и институты». Презентация была осенью, она проходила в библиотеке иностранной литературы. Он там анализирует, как эта с виду могучая, непобедимая и одновременно коррумпированная и гнилая вертикаль вдруг мгновенно распадается и от власти ничего ровным счетом не остается. На примере французской(?) революции, на примере февральской революции, на примере путча 1991 года Гайдар показывал, что эти мнимые государственные институты всесильные, на самом деле, гроша ломаного не стоят, если они не стоят на прочном законодательном фундаменте. Тогда я его видел. Конечно, роль Гайдара политическая была не совсем такая, как в 90-е, но тем не менее он огромное значение для финансистов, для экономистов, для российского бизнеса имел, его авторитет был абсолютно непререкаем. Его роль в том, чтобы в стране была твердая валюта, чтобы рубль стал уважаемой денежной единицей, огромна, так же, как и его предложения по стабилизации российского бюджета. Он, безусловно, не играл какой-то публичной большой роли, потому что нынешним властителям при цене на нефть больше 70 долларов умные люди особо не нужны, им нужны послушные. Тем не менее у тех, у кого с головой все в порядке, Гайдар, конечно же, и консультировал, и помогал им. Это совершенно точно.
Ю.БУДКИН: Спасибо. Бывший вице-премьер правительства России Борис Немцов в прямом эфире «Русской службы новостей».