Ю. БУДКИН: Владимир Жириновский присоединяется к нам по прямой телефонной линии. Владимир Вольфович, добрый вечер!
Е. РОДИНА: Здравствуйте, Владимир Вольфович!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Добрый вечер!
Ю. БУДКИН: Скажите, вот вы действительно сказали о том, что нужно считать Кавказ ярмом России?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, это в каком смысле? Что это проблема, которой уже несколько столетий. Возьмите царскую Россию, советское время и сегодня. Там очень много проблем, и не потому что там плохие люди живут, а потому что это особая географическая зона. Как, допустим, Палестина и Израиль. Вот шестьдесят лет ни о чем не могут договориться. Турецкие курды уже сто лет ни о чем не могут договориться. Абхазы и грузины, армяне и азербайджанцы… То есть везде есть какие-то точки, где очень трудно прийти к согласию. И в этом смысле у нас Кавказ наиболее трудный регион, чисто географически. Там разные совершенно народы живут. Там нет в этой оценке претензий к какому-нибудь одному народу. Претензия к географии!
Ю. БУДКИН: Но если вы говорите, что это ярмо России, то с этим ярмом нужно что-то делать, его сбрасывать надо! Ярмо обычно сбрасывают.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, надо как-то найти способ, чтобы у граждан Центральной России и у самих жителей Северного Кавказа не было бы какого-то отчуждения, не было бы каких-то враждебных отношений. Почему это происходит? Ну, вот, сколько там был конфликт вооруженный? Первая чеченская война и Вторая, события в Дагестане, Кабардино-Балкарии, ну, все-все почти точки это прошло. Это же отражается, конечно, отражается. Ведь многие старшие поколения помнят еще сорок четвертый год, переселение - тоже отражается. А если взять историю Кавказа, то, естественно, в учебниках они читали про войны, которые шли там, – это же очень длительная война была, почти тридцать лет. Поэтому в каждом ауле, в каждом населённом пункте есть какие-то следы былых столкновений. Они были военные, были с жертвами, там очень много и русской крови пролито. Все это как наследие сегодня, конечно, сказывается. На всякий случай, у Чистых прудов, вот сейчас, через три часа, там ребята будут собираться, вспоминать, что там убили Юру Волкова. Ну, опять связь с Кавказом. Не потому что там какая-то определенная национальность. Если бы приехали ребята с Магадана, и то же самое произошло, менее заметно прошло бы.
Ю. БУДКИН: Ну, вот что касается Кавказа… Вы констатируете: они – другие, мы – разные, и у нас несовместимость. И что с этим делать?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, при царе был хороший плюс – не было территориального деления. Была Грузинская область.
Ю. БУДКИН: Не было национального деления.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Национально-территориального деления не было, это был общий регион, общий край. И нельзя было сказать: здесь мы живем, русские, а здесь вот кумыки живут, а здесь – нагайцы, а здесь – осетины. Советская власть создала национальные клетки. Вот это проблема, которая даёт возможность иметь два государства: вот моя Чечня, мой Дагестан, а вот Россия. Это вот проблема, которую мы до сих пор не решили. Если б мы во время демократической революции отменили бы национальное деление, это был бы плюс большой. Но мы его сохранили. И теперь в результате получается, что народы хотят иметь дополнительные права. Вы понимаете, что там меньше платят налоги, в некоторых национальных регионах. Туда больше поступает денег, а проблема не решается всё равно. Это, естественно, может вызывать некоторые предубеждения у русских: сколько ж можно вкладывать денег в регионы, а отдачи никакой?
Ю. БУДКИН: Владимир Вольфович, наш слушатель задает вопрос: «Ну, они не понимают нормального отношения – только силу». Вот он так считает.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, это уже предметы, допустим, горской культуры. Где люди живут в очень таком узком месте, где нет стадионов, театров, библиотек, где только жилые дома. И там все решают или старейшины – в основном, мужчины решают, женщины как бы меньше прав имеют. И в основном это все связано с какими-то в прошлом силовыми действиями. Это вот проблема. Это, к сожалению, остается сегодня. Если бы они ушли с гор на равнину…Вот смотрите, чеченцы, любые люди с Северного Кавказа, которые живут в Москве, они же полностью растворились! Нет никакой проблемы. Немножко фамилия может выдавать их. Может быть, чуть-чуть - внешний вид. Но, с точки зрения общения культуры, никто ничего этого не чувствует. У нас вот осетинец был – Мазлоев, так мы забыли вообще, что он осетинец.
Ю. БУДКИН: То есть, вы считаете, что здесь, в Москве, это чувствуется не так. Но, Владимир Вольфович, вы все-таки сказали, это – ярмо на шее России. Вы не призывали отделить Кавказ?
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Нет, речь не идет об отделении. Речь идет о том, что есть проблема. И все это чувствуют – и вы это чувствуете, и они сами это чувствуют. Вот смотрите, про Чечню, мы вспоминаем боевиков каких-то там, Дудаев, Басаев. А Махмуда Исинбаева никто не вспоминает! Лучший их танцор! Это был лучший танцор Советского Союза всего! И иногда мы знали, что он, в принципе, чеченец. А звучало: «Выступает, танцует Махмуд Исинбаев!» - на любой площадке Советского Союза.
Ю. БУДКИН: Народный артист Советского Союза!
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Народный артист! И он прекрасно говорил по-русски, он всегда улыбался. Но это ведь не подается сегодня, как достижение чеченского народа! И то же самое Дагестан: Расул Гамзатов – поэт, который по-русски писал его песни, слова. А сегодня говорят: «Взорвали боевики, опять поезд стоит, опять убиты милиционеры, опять смертники» - это все же действует на наших граждан.
Ю. БУДКИН: Владимир Вольфович, наш слушатель Сергей спрашивает «Вот вы сказали об этой проблеме сейчас – законодательный инициативы от вас стоит ждать в ближайшее время на этот счет?»
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Инициатива, какая может быть законодательная? Наоборот, мы должны найти вариант, чтобы каким-то образом не обострялась обстановка. Потому что подрастает молодое поколение. Если они будут чувствовать себя чужаками в России, а русские не будут желать оставаться жить в том же Дагестане – там же много военнослужащих. Вот, если они после окончания службы захотят остаться там жить, тогда действительно будет идти как бы стирание граней, какое-то взаимопроникновение. Но статистика показывает, допустим, Карачаево-Черкесия, - русские начинают уезжать. Кабардино-Балкария – сама статистика! Вот тридцать лет назад я на Кавказе служил, тогда из Грузии русские уезжали больше, чем из любой другой советской республики. Но это замалчивали. Ну, чисто статистика! Я там не хотел оставаться! Я говорю про Грузию, чтобы никто не обижался с Северного Кавказа. То же самое – из Армении. Мы им помогаем, но в принципе-то они самые первые русских практически выдавили из Армении.
Ю. БУДКИН: Стирание граней между национальностями – вот над этим надо как-то работать.
В. ЖИРИНОВСКИЙ: Да-да, искать варианты! Когда коммунисты говорят: «Хорошо – дружба народов!», лучше, чтобы у нас было единое какое-то понятие. Пока будут национальности, люди будут себя как-то отличать и каким-то образом пытаться получить привилегии. Какой-то надо искать вариант, чтобы люди не пытались враждовать, не пытались противопоставлять себя друг другу. Я считаю, что самое главное – это убрать национально – территориальное деление. Чтобы каждый гражданин России чувствовал себя везде, везде он – гражданин России. Во всем должен быть какой-то плюс, какое-то движение вперед. То же самое – культура, общие собрания какие-то. Вот даже в школах – введите какой-то спецкурс «Кто мы все?», так сказать. Что мы все – коренные народы. Даже какие-то народы – более древние, коренные, чем русские. Ведь спецкурса же никакого нет! Никто же не знает, как создавалось государство наше! Как хорошо был решен этот вопрос при царской России, что ошибка была во время Советской власти, что сейчас надо исправлять эти ошибки, решать эту проблему…
Ю. БУДКИН: Это проблема, которую нужно обсуждать! Спасибо!