В.КАРПОВ: 17 часов 3 минуты. У микрофона Владимир Карпов. В нашей студии Михаил Леонтьев. Здравствуйте.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Здравствуйте.
В.КАРПОВ: Михаил, давайте сразу начнем с России, Белоруссии. Смотрите, мы два дня подряд занимаемся взаимными пикировками. Сначала Кудрин сомневается в платежеспособности Белоруссии, а теперь Александр Лукашенко призывает не кланяться своих министров России. Обвиняет, во-первых, Кудрина, называя его… «…Он полностью консолидировался с нашими отморозками, которые здесь на западные деньги вякают и начинают нас учить работать». То есть это Кудрин, как вице-премьер российского правительства, как западный….
М.ЛЕОНТЬЕВ: Он не вице-премьер, он министр финансов.
В.КАРПОВ: Министр финансов.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Он не вице-премьер, к счастью. Хочу заметить сразу, да, все, что говорит Александр Григорьевич про Кудрина, это правда. Все, от первой до последней буквы, извините.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Сейчас мы это ликвидируем безобразие.
В.КАРПОВ: Понимаем.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Дико извиняюсь. Все это правда, но это наша правда. И если Александр Григорьевич наш, он мог бы, в общем, смикшировать тон, вот о чем речь. Проблема в чем? Вся эта история наших взаимоотношений с Белоруссией, … идея единой валюты… Вот я – Лукашенко, я хочу иметь единую валюту с Россией. На хрена мне иметь единую валюту с Кудриным, который проводит финансовую политику, аффилированную с Федеральной резервной системой США? Давайте мы будем иметь единую валюту с США. Зачем этот дурацкий, не очень умный, не очень образованный и не очень далекий посредник, коим является Алексей Леонидович Кудрин? Зачем? Я понимаю Лукашенко. Есть другая сторона вопроса. Белоруссия – суверенное государство. И в своих речах, вот этих и тех, которые вы мне цитировали, он как раз как взывает к суверенитету Александра Григорьевича. Александр Григорьевич, наверное, знает такую таинственную…
В.КАРПОВ: Давайте я процитирую: «Надо идти в другие места, где нас не знают, где нас ждут, и торговать десятью тракторами, одним комбайном, по чайной ложке сахара возить».
М.ЛЕОНТЬЕВ: Папуа-Новая Гвинея, точно, там не знают, где находится Белоруссия. Наверное, там можно продать один белорусский комбайн. Флаг в руки. Это демагогия, дешевая, на самом деле. Так вот, о чем я говорю, что Александр Григорьевич много грубостей сказал в отношении нашей страны. Частично его можно понять, мотивации его не является абсолютно бессмысленнмыми и беспочвенными, но Белоруссия существует, как суверенное государство постольку, поскольку этот суверенитет ей дарит Россия. Дарит. Все. Тот момент, когда Россия перестанет дарить суверенитет Белоруссии, Александр Григорьевич, в лучшем для него случае, будет прозападным … в Белоруссии, который будет осуществлять, как Ющенко, политику, которую ему диктуют хозяева, а в худшем случае – будет сидеть в тюрьме. Или наоборот, это вопрос отношения, какой случай лучше, какой хуже. И никакой независимой Белоруссии не будет, потому что ее не может быть в природе. Сама по себе Белоруссия не имеет материальных, моральных и духовных предпосылок для того, чтобы быть суверенной страной. Суверенными странами у нас являются либо великие державы, которые имеют такие предпосылки, либо страны-отморозки, типа Северной Кореи, которые пугают мир неадекватной реакцией на все, что годно и поэтому обеспечивают себе площадку для суверенитета.
В.КАРПОВ: Значит у Лукашенко остается выбор.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Так вот я хочу сказать, что Белоруссия отморозком быть не может по целому ряду причин, просто не сможет. Не удастся. И вот, понимаешь, это такое впечатление (прощу прощения перед белорусским народом, перед Александром Григорьевич, к которому отношусь с уважением), что моя собака начинает, пишет квалифицированный донос на собственного хозяина, при этом понимая, что больше ее никто ни кормить, ни содержать не будет. Рассчитывает, что в результате этого доноса кормление и содержание собаки резко усилится. Это идиотизм, на самом деле. Потому что хозяин может быть пьяница, отморозок и периодически забывает собаку гулять, как Кудрин, например. У меня есть претензии к господину Кудрину. Претензии, которые высказал Александр Григорьевич, абсолютно правдивы. Все, что он сказал, до каждой буквы, есть правда. Не надо было товарищу Кудрину высказываться по поводу платежеспособности Белоруссии. Я не помню... Вы помните высказывание Алексея Леонидовича Кудрина по поводу платежеспособности Украины?
В.КАРПОВ: Не припоминаю.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Я чего-то не помню. Я не припоминаю. Кто почему-то не высказывался про Украину? Платежеспособность Украины проблемнее, чем Белоруссии, гораздо. Украина - преддефолтная страна. Скажи, что нет. Или тебе в ФРС не советовали этого говорить? Скажи.
В.КАРПОВ: При этом Александр Лукашенко…
М.ЛЕОНТЬЕВ: Алле, Леша, скажи, пожалуйста, что-нибудь по поводу платежеспособности Белоруссии. Вы же рассматриваете вопрос предоставления кредита. Вы решили не предоставлять напрямую кредит Белоруссии, вы дали деньги МВФ, значит, 10 миллиардов, для того, чтобы МВФ дала кредит Украине.
В.КАРПОВ: Специально для Леши напомню телефон прямого эфира - 788-107-0, чтобы он мог позвонить и сказать.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Это смешно. Скажите. Почему-то надо системно долбать Белоруссию. Да, есть очень серьезные проблемы с Лукашенко, есть с ним проблемы, и претензии к нему есть. Но не больше, чем ко всем остальным. Чего вы привязались к единственному стратегическому союзнику России? Чего вы привязались? Интимно надо решать вопросы со стратегическим союзником, и. интимно и спокойной. И не оскорблять его. Александр Григорьевич ведет себя как козел, таких вещей тоже не надо говорить. Но это взаимно. Взаимно! Оба козлы, прощу прощения.
В.КАРПОВ: Как вы уже поняли, Михаил Леонтьев в студии Русской службы новостей. Мы продолжим через несколько секунд.
В.КАРПОВ: Михаил Леонтьев в студии Русской службы новостей. Сейчас обсуждаем наши взаимоотношения с Белоруссией. Так вот, Александр Григорьевич, он еще что отметил, что, скорее всего, позиции Кудрина, вот его высказывание…
М.ЛЕОНТЬЕВ: Согласованы.
В.КАРПОВ: Согласованы с Путиным.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Я под столом не сидел, я не знаю, что отметил… Знаете, это тот случай – Остапа несло. Александр Григорьевич позволяет себе в отношении России, не первый раз, взрываться. Опять же, я говорю, я еще раз понимаю, повод есть. Повод адекватный, текст неадекватный. Дальше обсуждать не буду, потому что рыть яму, вот эту вот канаву копать между Белоруссией и Россией, я не нанимался, не собираюсь этого делать. Я хочу сказать, что очень многие проблемы в российско-белорусских отношениях связаны с тем, что представления Лукашенко об адекватной экономической политике ближе к реальности, чем у наших чиновников экономического блока, просто ближе, реально ближе. Он какие-то вещи понимает лучше. Это не повод хамить, не повод хамить. Не существует Белоруссии… Вот у меня есть такой знакомый, зовут его Тадич, он президент Сербии. И мои друзья (сербы) на каком-то приеме они сказали: вот, давайте с Тадичем поговори. Я говорю: да не о чем мне с ним говорить. Ну, давай. Ну что, я подошел, поднял тост, сказал, что вы вот президент Сербии, я считаю, что вы полное говно на самом деле, но вы все равно президент Сербии. Сербию мы любим, потому что мы ее будем любить всегда. И мы вас будем любить, как президента Сербии, несмотря ни на что.
В.КАРПОВ: Так давайте же выпьем за это.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Вот давайте за это выпьем. Ровно это и был тост. Я хочу сказать, что (ему, кстати, это очень понравилось почему-то)… На самом деле это правда. Я бы не стал это произносить у телевизора, наверное, но в личном присутствии нескольких человек вполне можно сказать. Нет никакой страны Белоруссии, никогда не будет в природе, не будет ее. Если господин Лукашенко хочет сделать… А вся его жизнь и все, что он говорил, и все, что он делал хорошего и плохого, свидетельствует о том, что он-то думает иначе. Он хочет видеть Белоруссию, как Белоруссию, а не как подстилку какую-то под чем-то, но только вместе с Россией, только вместе с Россией. Значит, надо принимать Россию такой, какая она есть. Понимать, какая она есть, это очень полезно и целесообразно – понимать.
В.КАРПОВ: Оппоненты ваши… Давайте одно мнение сейчас послушаем про взаимоотношения России и Белоруссии, после этого переключимся на другие темы.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день.
В.КАРПОВ: Да, как вас зовут?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Игорь.
В.КАРПОВ: Игорь, пожалуйста. Давайте или высказываете солидаритет свой к Михаилу Леонтьеву, или спорьте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Я хочу сказать по Белоруссии. На мой взгляд, я считаю, что Белоруссия легко может обойтись без России, да, превратиться в некое такое русофобское государство, по типу современных стран Балтии. И Россия здесь ничего, на мой взгляд, сделать не сможет. Европа сейчас, то есть, кормит Латвию, у них дефолт, они ее спасают.
В.КАРПОВ: Отвечайте, Михаил Леонтьев.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Одну секундочку, проблема заключается в том, что Латвию, например, Европа не кормит пока. Если бы она ее кормила, у них не было дефолта. Дефолт наступит в июне, в июле и посмотрим, будет она кормить Латвию или нет. Потому что Европа очень находится в тяжелом собственном положении и желание кого-то кормить, оно убывает с каждой минутой. Это раз. Второй момент… А Латвия – это не Белоруссия. Второй момент. Значит, Белоруссия может превратиться, я говорю, во что угодно. Страны такой нет Украины, но есть власть Украины, которые решили предоставить Украину в качестве подстилки. Консенсуса в украинском обществе эта идея не вызывала до кризиса. Во время кризиса совсем уже не вызывает консенсуса. Лукашенко пришел к власти на желании Белоруссии вернуться в общее пространство. Это желание, отягощенное всеми нашими годами совместного сотрудничества, продолжает жить. Отменив его, Лукашенко, как политик, перестанет существовать. Может быть другие политики придут, все может быть, но никакой Белоруссии не будет. Нету такой страны - Украина. Ее не существует. Она существует постольку, поскольку эта страна предоставляет свою территорию и свои… Вопреки своим национальным интересам, заметьте. Есть более яркий пример – Грузия. Нету страны, более заинтересованной в российском рынке, чем Грузия, в мире нет. Это страна, которая имеет колоссальные преимущества, будучи вписанной в наш общий рынок. И будучи выписана, не имеет не просто преимущество, она просто никому даром не нужна, ну, кроме как транзитная система для прокачки углеводородов, если кто-то эти углеводороды где-то, в соседних странах обнаружит. В Азербайджане их недостаточно для того, чтобы оправдывать существование страны Грузии. Тем не менее, там живут люди и правят, которые действуют вопреки национальным интересам Грузии. Все, что они делают, является не только попранием грузинской истории, грузинской ментальности и так далее, это является попранием грузинских физических как бы вот, совершенно таких насущных интересов материальных. Живут. Маленькая страна, купленное пространство, оккупация. Половина человечества живет в оккупации, ничего страшного. Если Белоруссия хочет превратиться в оккупированную страну… Я не верю в Белоруссию, как в оккупированную страну. Там есть история партизанского движения, извините, пожалуйста.
В.КАРПОВ: Богатая история, должен заметить.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Богатая и недавняя, да. Этот номер не пройдет. Белоруссию можно расколоть, можно в какой-то степени устроить из западных районов Белоруссии нечто подобное Западной Украине, хотя трудно, потому что над ними не была проведена такая работа, ювелирная, которая проводилась столетиями, как это было на Каличине, да, по смене идентичности, но можно. В принципе, непонятно, часть этих районов, Польша это или Белоруссия, если генетически, да. Может это вообще Польша? Но в целом, Белоруссия, как субъект истории, она без России не существует и существовать не будет. Кстати, Украина тоже.
В.КАРПОВ: Но так или иначе, последние опросы, которые были проведены в Белоруссии, они уже свидетельствуют о том, что охладели белорусы к союзу с Россией.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Если вас долго поливать холодной водой… Вот представьте себе, вы стоите в душе и вас непрерывно поливают из ведра холодной водой. Вы охладеете или у вас температура тела останется прежней? Я думаю, что в определенный момент вы начнете холодеть, уже поздно и ноги остыли. Охладели. Охлаждали, они охладели. Странное дело, да. С чего это они охладели, да?
В.КАРПОВ: Последствия. Вы считаете, что не будет никаких последствий? Смотрите, они посчитают, ну, а что нам Россия, давайте мы лучше попробуем быть подстилкой, как выражается Михаил Леонтьев.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Подстилкой чего? Я понимаю, там два года назад, не соображающие в экономике люди, мечтали о том, что Евросоюз примет кого-то в свою лону и окажет помощь. Евросоюз себе помощь оказать не может. Кризис.
В.КАРПОВ: Михаил Леонтьев в студии Русской службы новостей. Продолжим через несколько секунд.
В.КАРПОВ: Михаил Леонтьев в студии Русской службы новостей. Возвращаемся к нашим ближайшим соседям. Вот смотрите, что здесь: Евросоюз не нашел денег на газ для Украины. У Европы нет средств для финансирования закупок российского газа Украиной, об этом заявил президент Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу. То есть проблема получается исключительно нашей головной болью?
М.ЛЕОНТЬЕВ: Да нет, там другая история. У Европы есть деньги на Украину, ну, какие-то деньги есть. У Украины нет денег, чтобы финансировать нынешнюю, которая нас устраивает, схему поставок газа. Украина, то есть Европа, хочет оторвать украинскую газотранспортную систему от нас. Она хочет сделать так, чтобы Украина вынуждена была лечь перед Евросоюзом и попросить его забрать все – с одной стороны. И с другой стороны – она хочет, чтобы мы ничего не смогли с этим сделать. Это ее политическая экспансия к экономике не имеющая никакого отношения. Экономические интересы Евросоюза состоят в том, что у него нет никакого партнера более выгодного, более удобного и более приятного, чем Россия. Нет и не было. Экономические интересы Евросоюза не существуют вне политических интересов. А политические интересы Евросоюза определяет не Евросоюз, а Соединенные Штаты Америки.
В.КАРПОВ: Вы считаете, это не меняется с кризисом?
М.ЛЕОНТЬЕВ: Которым глубоко плевать на наш газ, потому что они не получают нашего газа, на энергобезопасноть Европы, потому что это крупнейший конкурент Соединенных Штатов. И энергозависимость Европы является конкурентным преимуществом для Соединенных Штатов. Но, тем не менее, европейские политики работают не на себя, а на Соединенные Штаты Америки. Почему? Потому что Европа является оккупированной страной, де-факто и де-юре. Европа не является субъектом политики, она является объектом. Это инструмент, который разными способами с разной степенью эффективности приводится в повиновение Соединенными Штатами и служит интересам Америки. Поэтому в газовом вопросе Европа сама себя… Здесь другой пример, давайте Россию оставим, может быть. Иран, европейско-иранские отношения. Европа долгое время пыталась дистанцироваться от антииранской истерии американской, но потом всем надавали по башке и теперь Европа абсолютно солидарна во всех антииранских мерах с Соединенными Штатами. Зачем? Что Европе нужно от Ирана?
В.КАРПОВ: Вы говорите про Европу, как про что-то единое целое, но все-таки Европа…
М.ЛЕОНТЬЕВ: Я говорю не про единое целое, я говорю про монстрим европейской политики. Европа состоит из строй Европы, группы стан, которая пыталась фрондировать, мы помним, иранскую историю, которая была за это наказана. Наказана простым способом – все политики, фрондировавшие, куда-то делись, и все люди, которые наследовали им, тоже куда-то делись, а Европу возглавили совершенно другие лидеры. Хочу вам заметить, что абсолютно на демократических выборах в Германии и Франции не обсуждался вопрос о геополитической ориентации страны, не обсуждался, любые другие вопросы… Но почему-то вместо Шредера пришла девушка Меркель, которая всю жизнь будет отрабатывать свою вину, (заключается в том, что она победила в Олимпиаде по русскому языку в детстве) и господин Саркози. – мелкий мафиозный жулик, сделанный крупным политиком с помощью ЦРУ и своих корсиканских друзей мафиозных. Пустой абсолютно тип. Человек, который из себя изображал голлиста. Я очень хорошо помню тексты, которые писал Саркози, будучи штатным идеологом голлистской партии. Который, придя к власти, просто отменил голлизм, взял его и отменил. Никто санкций на это из его избирателей (из его избирателей, не избирателей социалистической партии, которые против его голосовали, а из его избирателей), никакой санкции не давал. Который просто вернул Францию в военную организацию НАТО. Для Де Голля это было поступком и смыслом, вывод Франции из этой организации… Хочу заметить, что НАТО… У нас Варшавский договор был, а НАТО называлась Парижским договором. После этого она перестала называться Парижским договором, потому что их из Парижа выгнали, их спустили с лестницы.
В.КАРПОВ: То есть вы хотите сказать, что ни одна из европейских стран, которые сейчас заинтересованы в поставках российского газа, не посмеют без санкции на то Евросоюза, заключить какое-то соглашение….
М.ЛЕОНТЬЕВ: Да нет, нет, они посмеют заключить какое-то соглашение. Речь же идет не о соглашении, о покупках, речь идет не мелких тактических коммерческих сделках. У бизнеса есть поле свободы, но это поле ограничено глобальными геополитическими интересами. Стратегии не получится. Ведь в чем заключалась стратегия путинской России? В том, что мы предлагаем Европе энергетический альянс. Мы не предлагаем Европе стабильные поставки углеводородов, это пошло и мелко. Мы предлагаем объединение энергосистем. Мы предлагаем конвергенцию, слияние. Безопасность обеспечивается не тем, что у тебя хороший партнер, которому ты веришь, потому что он тебя до сих пор не обманывал. А безопасность обеспечивается тем, что эта система общая. Мы готовы были превратить «Газпром» в паневропейскую компанию, в которой у России, может быть, даже контрольного пакета не будет. Мы готовы были на очень многое. Мы предложили, мы к ногам Европы положили дар любви, можно сказать. Мы сказали: вот, мы отдаем все.
В.КАРПОВ: Отвергли, отвергли.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Вместо этого началась абсолютно пошлая вонючая, визгливая истерика. Как так! Ай, у тебя ногти грязные, иди отсюда вон. Абсолютно дегенеративная. Эта истерика была стимулирована политическим классом Европы, который полностью формируется англосаксами, полностью, с начала и до конца.
В.КАРПОВ: Другой вопрос, рождается заключение брачного договора, вот как раз по этому договору мы никак договориться не можем, получается так. Давайте так, один звонок сейчас принимаем, до новостей. 788-107-0. Алло.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Добрый день, Михаил.
В.КАРПОВ: Как вас зовут?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Александр. Я хотел бы полностью согласиться по точке зрения Михаила по Белоруссии, что вчера произошло… полный бред.
В.КАРПОВ: Покороче, покороче, Александр. У нас очень мало времени.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: У меня вопрос следующий, я немножко по внутренней хотел политике задать вопрос Михаилу. Вот я смотрю, что происходит сейчас в Чечне, но, так, мягко говоря, волосы дыбом встают. Степашин заявляет, что у нас Чечня в собственности Рамазана Кадырова. То есть там…. создание Халифата что ли, за счет того, что Рамзан является личным другом Владимира Путина. Но, простите, Путин… уходит, а нам потом с этим придется опять разбираться.
В.КАРПОВ: Спасибо, Александр. Михаил, сейчас не успеем коротко ответить на этот вопрос, давайте после новостей уже развернуто ответим.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Ну, давайте.
В.КАРПОВ: В студии Русской службы новостей Михаил Леонтьев. Я буквально цитирую то, что сказал председатель Счетной палаты России Сергей Степашин в интервью телеканала Рен-ТВ: «У Рамазана Кадырова в собственности вся республика, поэтому не переживайте за него» - конец цитаты. Александр справедливо замечает, что об этом говорит государственный чиновник, председатель Счетной палаты. И как будто бы наверху больше никто этого не замечает, что у Рамазана Кадырова в собственности вся республика.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Что значит в собственности вся республика? Юридически республика не оформлена на Рамзана Кадырова, поэтому заявление Сережи Степашина, оно безответственно, на самом деле. Такие заявления делать не надо, потому что он является официальным лицом. Это Михаил Леонтьев, болтун и пустобрех, может такие заявления себе позволить, а Степашин нет. Что касается социально-политической структуры Чеченской республики, то, я думаю, что среди наших слушателей ее, в общем-то, себе примерно представляют. Я хочу сказать такую вещь, я не являюсь большим поклонником Рамазана Кадырова. Мои друзья за две чеченские войны являются еще меньшими поклонниками его, но Рамзан сделал то, чего федеральные силы сделать не могли никогда и не сделали бы – он обеспечил умиротворение республики. Степень эффективности его борьбы с незаконными вооруженными формированиями, так называемыми, очень высокая. Да, значительная часть незаконных вооруженных формирований теперь является чеченской милицией, то есть российской милицией, на самом деле. Здесь, кстати, в этом и проблема, но есть в этом и другое, да. Чечней может руководить только человек, пользующийся доверием и уважением чеченцев. Алу Алханов, бывший президент Чечни, был для меня гораздо более близким и понятным человеком, он был наш. И в этом было его огромное достоинство человеческое, и огромный недостаток. Потому что нашего поставить ума большого не надо. А найти человека, про которого…. Ведь никто не может сказать, что Рамзан Кадыров – марионетка Москвы. Психически нормальный человек этого не скажет. При этом он лоялен России. И это задача России, политики, чтобы люди типа Рамзанова, были нам лояльны.
В.КАРПОВ: Поэтому мы ему все прощаем.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Ну, до определенного предела, да, многое прощаем, потому что Чечня – это не Россия. Потому что надо понимать, что каждая нация живет своей традицией, своим способом управляется. Нельзя Данией управлять, как Чечней, но нельзя и Чечней управлять, как Данией. Нельзя, это невозможно технически. Она просто останется неуправляемой. И империя всегда имела людей… Я произнесу еще раз, тысячный раз, наверное, процитирую Лорда Керзона, который не является нашим большим поклонником, российским, который, проезжая первый раз по туркестанской дороге, сказал, что больше всего его поразили туркменские вожди бывшие, страшные, злейшие враги России, одетые в русскую военную форму и почитающие за высшее благо прием у государя императора. Да, та Чечня, которая сейчас существует, не будет верна России, если Россия проявит слабость, безусловно, никогда не будет. А кто вас просил проявлять слабость? Зачем? Не проявляйте слабости, не надо ее проявлять. И очень хорошо, что существует Чечни. Я вообще считаю, что на месте, может быть, памятника Дзержинскому надо поставить памятник неизвестному чеченцу, потому что Чечня – это предохранитель в телевизоре. Вы не хотите, чтобы у вас телевизор сгорел, у вас есть предохранитель. Это предохранитель, который сгорел раньше, чем сгорела вся страна, потому что когда российская власть, российское государство деградировало просто, маразмировало, Чечня набухала первой. Лучше, чтобы у вас загнил палец, нежели чем голова, голову вылечить не успеете, а палец можно, как показала практика.
В.КАРПОВ: Чечня – не Россия, говорит Михаил Леонтьев.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Нет, Чечня – это Россия. Россия разнообразна. А Башкирия для России…
В.КАРПОВ: А я уже хотел было поставить равенство между Чеченской республикой и, например, Белоруссией или, например, Украиной.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Не надо ставить равенство. Равенство, в другом смысле, есть, потому что Белоруссия такая же Россия, как и Чечня, да. Большая Россия, то есть историческая Россия, включает в себя некие ее естественные границы. Этих естественных границ мы сейчас не имеем, потому что страна была разобрана по идеологическим границам, которые, как мы знаем, делались для другого. Советская власть рисовала границы не для того, чтобы по ним разделять, а для того, чтобы заниматься политической демагогией на почве этих границ. Никому в голову не приходило, что это границы, это были идеологические инструменты. Конечно, люди, которые это делали, наверное, должны были отдавать себе отчет, что при каких-то обстоятельствах это все станет не понарошку. Но им и в голову не приходило, что нация может до такого маразма дожить, что она по этим границам будет делиться. Она дожила до маразма. Мы… Никто для нас не сделал столько гадостей, как мы сами. То, что мы сами над собой сделали… Все претензии к существующим, будущим и бывшим российским властям должны отталкиваться от понимания одной вещи. У нас на носу праздник – 12 июня – День России он называется, к счастью, он больше не называется День независимости. За то спасибо большое, низкий поклон. Это праздник безумия. Мы празднуем массовое безумие, не имеющее прецедентов в писаной человеческой истории, когда страна сама себя распустила. Унтер-офицерская вдова просто жалкое, ничтожное существо, по сравнению с тем, что мы сами все над собой сделали. Мы сами себя распустили. Никогда больше сапог молдавских, узбекских, украинских и белорусских оккупантов не будет попирать нашу русскую землю. Мы героически подняли восстание и освободились от них. Ребята, после того, как вы это сделали, вы чего от себя хотите? Вы чего хотите от ваших лидеров? Вообще, чего вы ждете? Удивительно, что Господь еще нас как бы терпит на этой земле, после этого маразма и идиотизма, который мы сделали.
В.КАРПОВ: Запретить праздник? День траура объявить? Давайте определимся.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Не надо день траура, надо просто… Я не знаю, я бы, конечно, его ликвидировал, по-тихому желательно, чтобы никто не видел. Знаете, заныкал… Это как рваный презерватив, который не на том месте лежит. Вот его бы надо убрать, куда-нибудь выбросить, в помойку. Не надо из этого делать церемонию, надо тихо сделать, быстро, чтобы никто не заметил. Вот этот рваный презерватив надо убрать из истории.
В.КАРПОВ: Михаил Леонтьев в студии Русской службы новостей. Мы даже по этому поводу проголосуем, но это будет после рекламы на РСН.
В.КАРПОВ: Владимир Карпов у микрофона. В студии Русской службы новостей Михаил Леонтьев. Сейчас предлагаю сразу же проголосовать по поводу тех тезисов, которые произносил Михаил Леонтьев до рекламы.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Какие из тезисов?
В.КАРПОВ: Давайте. Не про козлов, нет, нет. Про День России. Давайте так, про 12 июня. Стоит ли нам спрятать вот этот праздник, забыть о нем, или нет? 660-06-91 – да, хорошая, здравая мысль, давайте, действительно, забудем этот день, как позорную дату в нашей истории - 660-06-91. И 660-06-92 – нет, все-таки давайте он останется праздником, как символом нашей самоидентичности – 660-06-92. Пожалуйста, голосуем. 660-06-91 – стоит об этом дне забыть, как о некой позорной странице в нашей истории. 660-06-92 – нет, все-таки нужно оставить это, как праздник нашей самоидентичности. Пожалуйста, голосуем. Сейчас даже по этому поводу аргументирование мнение давайте примем. 788-107-0. Здравствуйте.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.
В.КАРПОВ: Как вас зовут?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Родион.
В.КАРПОВ: Родион, пожалуйста, ваше мнение по заданному вопросу. Что нам делать с Днем России?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: С Днем России? А это как в той пословице, назови хоть горшком… То есть 5-е было декабря, теперь 12-е июня.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Нет, это День конституции. Конституция – это совершенно другая история, хотя тоже, в общем, можно обсудить.
В.КАРПОВ: Родион, так что? Родион, секунду. … Родиона, пожалуйста, для начала. Сначала Родион ответит на вопрос… Слышно сейчас?
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Да.
В.КАРПОВ: Давайте сначала про вопрос.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: … услышать мнение по поводу Кореи. Вот эти…
М.ЛЕОНТЬЕВ: Родион, вы ответьте на вопрос, как этого требуют правила игры, с праздником, а потом я отвечу про Корею с удовольствием.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Ха-ха-ха. Я за вас.
В.КАРПОВ: Да, все, забыть.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Понятно.
В.КАРПОВ: Образ нам понятен. Ваш вопрос по Корее.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мой вопрос по поводу Кореи. Вот это карликовое, бездарное государство, оно вот шутит, знаете, как одно время Гитлер в пивной, помните, шутил весь мир, смотрел и улыбался, что вот ефрейтор там чудит и чудит, и хрен с ним.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Во-первых, Германия не была карликовым государством.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Нет, я образно вам говорю.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Северная Корея тоже не карликовое государство.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мир тоже смотрит: вот пускают ракеты. А что нельзя туда ввести войска американцам, китайцам, нам? И сделать так…
В.КАРПОВ: Нам. Спасибо, Родион. Давайте.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Вы знаете, в Корею войска ввести можно, только что вы оттуда выведите непонятно. Корейцы – люди упертые. Это не карликовое государство, это государство с населением размером с Германию, хочу вам заметить. Это не карликовое государство. Да, там режим, который не вызывает у меня бурного всплеска симпатий, но я хочу сказать, что соседний режим, южнокорейский, не вызывает у меня тоже никакого всплеска симпатий, это просто зона оккупации американской, на самом деле, не более того. И я хочу сказать, что, собственно, ничего удивительного корейские товарищи не делают. Корейские товарищи построили экономическую модель известного типа. Вот есть люди, которые пытаются развивать потребительский рынок, сельское хозяйство, кормить население. На это нужно много денег, усилий и так далее, и какая-то модель экономическая. И другая экономическая модель – когда ты все тратишь на создание ядерного оружия, а потом, шантажируя этим ядерным оружием, у всех требуешь мясо, яйки, да. Работает. Вы знаете, тоже работает, но хуже, лучше, непонятно как, но работает. Потому что до сих пор… Вот смотрите, Корея пошла навстречу мировому сообществу и получила от него много корма, значит, когда у них предыдущие испытания, в общем, прошло, как говорится, не очень хорошо.
В.КАРПОВ: 2006 год.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Теперь все говорят, что испытание прошло хорошо. Но есть логика. А зачем тогда? Тогда можно другим способом получать корм. Это торг. Это… Я не хотел бы быть северным корейцем, потому что неприятно жить в такой стране, и неприятно, вообще, иметь такого рода ментальность. Потому что знаете, мне это напоминает… Одно время, знаете, мальчики за деньги протирали тряпками стекла на машинах. Вот они протирали, протирали, причем было очень подозрительно, делалось это на три секунды, пока машина стоит на перекрестке, чего они там протирали, было не очень понятно. Но один раз я столкнулся с совершенно циничной концепцией, когда молодой человек вынул тряпку из дико грязного ведра, тряпку, на которую просто страшно было посмотреть, и сказал: дядь, дай денег, а то мазану. Вот это есть северокорейская политика. Но с другой стороны… Нельзя испытать безумный восторг по поводу этой политики, но, с другой стороны, а южнокорейская политика, что, лучше? Просто тряпка, подстилка, не страна, а подстилка, прямая., оккупированная реально Соединенными Штатами Америки. Ценность демократии ее видна на простой вещи, когда президент бывший, просто стреляется, потому что он проворовался. А следующий президент очень поэтому расстраивается, потому что он собирался всю свою политическую карьеру обсирать предыдущего, а тот застрелился. Ему непонятно кого обсирать. И опять же, тоже придется, наверное, стреляться, рано или поздно. Как-то это все мелковато. То есть северокорейские товарищи хотя бы выглядят как-то креативнее, на самом деле, чем их южные друзья.
В.КАРПОВ: Давайте подводить итоги голосования по поводу 12 июня. День России или день траура, вот так мы, если вкратце. 89,1 процентов наших радиослушателей, послушав Михаила Леонтьева, все-таки эта часть аудитории пришла к выводу, что это день траура и об этом дне нужно забыть. Смотрите, да. И 9,9 процентов все-таки смотрят на этот, как на День России, как на день некой самоидентичности.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Я не понимаю, какая идентичность? В чем заключается идентичность? У меня есть такой друг, он либерал, он демократ, он поэт, он мой оппонент в очень многих вещах. В тот момент, когда все это безобразие происходило, он был министром экономики Российской Федерации, Женя Сабуров. Он сказал, что он не понимает смысла выхода РСФСР из состава России. Вот эта идентичность… Я абсолютно с ним согласен, я тоже не понимаю этого смысла. Вот эта идентичность мне непонятна. Вы с чем идентифицируетесь? С границами РСФСР, кем-то зачем-то почему-то непонятно проведенными с целью развития… национально-освободительное движение в Африке, да? Вы же в Африке собирались развивать национально-освободительное движение, ребята, в Африке, не у себя же дома, да. В голову не могло прийти, что это будет способствовать развитию национально-освободительного движения прямо у себя. Товарищ Сталин что, мечтал о национально-освободительном движении внутри СССР? Вот у него других забот не было, наверное. Это просто грубый маразм, который объясним только одним, когда все это происходило, на пьяную голову в Беловежской Пуще, товарищи, которые затевали, считали, что все это понарошку. Они действительно думали, что все это понарошку. И Бурбулис, который все это придумал, думал, что это понарошку. И все равно, была одна задача – надо было из-под Горбачева вынуть кресло. Ведь тип борьбы за власть наш, российский, заключался в том, что если ты не можешь свергнуть человека, то нужно ликвидировать учреждение. Учреждение его оказалось Советский Союз, то есть страна.
В.КАРПОВ: Ликвидировали.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Его распустили с целью, с одной единственной целью – уволить Горбачева, никакой другой цели не было, да. Одна была цель – уволить Горбачева. Знаете, мне это напоминает анекдот по поводу мужика, который приходит к бандиту и говорит: простите, пожалуйста, я хочу вам человека заказать.
- Адрес?
- Кастаневская улица, дом 5, корпус 3.
- Сколько даешь?
- 10 миллионов рублей.
- Не надо корпус.
Понимаете, не надо корпус.
В.КАРПОВ: Михаил Леонтьев в студии Русской службы новостей. Но, Михаил, вы все равно убедили. Смотрите, 89 процентов, это же абсолютное большинство.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Это не я убедил, это просто психически здоровые люди, совершенно не нуждались в моем убеждении, уверяю вас. Они и так все понимают, без меня.
В.КАРПОВ: На несколько секунд расстанемся.
В.КАРПОВ: Михаил Леонтьев в студии Русской службы новостей. Сейчас у нас совсем немного времени остается, один звонок. Алло, здравствуйте. Не хотите, как хотите, у нас много других звонков. 788-107-0 – телефон прямого эфира. Алло.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Алло?
В.КАРПОВ: Как вас зовут? Очень быстро ваш вопрос и мы расстаемся уже.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Даниил, Нижний Новгород. Просто год назад я сочинил двустишие и хотел бы по поводу этого праздника произнести.
В.КАРПОВ: Давайте. Поэзия приветствуется у нас. Пожалуйста.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Мы свыклись праздновать любые безобразия. Но чтоб империи Российской эвтаназию?
В.КАРПОВ: Точка.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Приветствую.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Как говорил товарищ Ленин в таких случаях, не знаю, как по поводу литературы, а по смыслу все правильно.
В.КАРПОВ: Стихи, да. Михаил, видите, на творчество как людей толкаете.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Это человек не сейчас сочинил, он, наверное, давно сочинил. Еще раз говорю, я никого ни куда не толкал. У людей есть свои собственные мозги, для этого совершенно никто не нужен. Не надо думать, что мысли возникают по поводу выслушивания радиопередачи. Они, в общем, сами возникают у нас.
В.КАРПОВ: 788-107-0.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.
В.КАРПОВ: 788-107-0.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.
В.КАРПОВ: Очень коротко.
РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Фарид зовут. Я хотел поблагодарить… Во-первых, я за Михаила Леонтьева. Хотел поблагодарить его за все сказанное. И считаю его выдающимся журналистом нашей страны. Хотел бы попросить как-нибудь передать, про Южный Кавказ мог бы он нам объяснить, что там творится?
М.ЛЕОНТЬЕВ: Это в передаче не объяснишь.
В.КАРПОВ: Спасибо, Фарид. Я забыл точно уточнить за что конкретно «спасибо», за какой из тезисов от Михаила Леонтьева, которые прозвучали в сегодняшней программе, Фарид отдельное «спасибо» говорил.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Это называется в целом.
В.КАРПОВ: В целом, да, в целом.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Тогда, когда премию вручают не за конкретное произведение, а в целом.
В.КАРПОВ: По Южному Кавказу. Люди все-таки хотят. Я во время рекламы думал.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Сейчас я вкратце расскажу, что происходит на Южном Кавказе. Смешно, ребята.
В.КАРПОВ: В минуту не уложимся никаким образом. Это отдельная программа.
М.ЛЕОНТЬЕВ: В день не уложимся, на самом деле. Единственное, что я могу сказать по поводу Южного Кавказа, Южный Кавказ существует и может существовать в мире, только под покровом России. Идея содрать этот покров – это идея спровоцировать на Южном Кавказе открытую или скрытую войну, что мы сейчас и имеем, да. Это началось до распада. Давайте мы вспомним, что распад Советского Союза начался с Карабаха. Это идиотическая идея… Понимаете, люди, которые расковыряли Карабахский конфликт, были штатными гуманистами, просто. Никто никогда в жизни не пролил столько крови, сколько профессиональные гуманисты. Ни один садист, никакой Иван Грозный, никакой Гитлер столько людей не настрогает, сколько преданные своему делу гуманисты.
В.КАРПОВ: Михаил Леонтьев в студии Русской службы новостей. Спасибо, Михаил. Ждем через неделю.
М.ЛЕОНТЬЕВ: Спасибо.